К 2015 году ОАО "Беларуськалий" должно увеличить ежегодную добычу калийных солей до 42 млн. т. "Если мы сегодня добываем около 30-35 млн. т калийных солей в год, то ставится задача к концу пятилетки по "Беларуськалию" выйти на 42 млн. т", - заявил замминистра природных ресурсов и охраны окружающей среды Анатолий Лис в феврале текущего года.
Устремления властей понятны, так как благополучие страны напрямую зависит от состояния дел у ее крупнейшего налогоплательщика и валютного донора. Однако для жителей Солигорска, которые будут претворять эти планы в жизнь, наращивание производства означает не только увеличение доходов. Отгружая каждую новую тонну удобрений, город отставляет у себя несколько тонн соли.
О том, как она хранится, проникает в окружающую среду и влияет на здоровье людей, корр. "БР" узнавала во время двух пресс-туров в Солигорск. Первая поездка, организованная в мае 2010 года МОО "Экопроект "Партнерство", знакомила с официальной позицией ОАО "Беларуськалий". Вторая, недавняя, дала возможность услышать мнение людей, живущих в непосредственной близости от солеотвалов.
Хранить вечно.
Воздействие калийного производства на окружающую среду связано с горными работами, из-за которых происходит оседание земной поверхности, образуется большое количество отходов, а также выбросов в атмосферу при работе топливосжигающих установок.
Сильвинитовая руда, которая добывается на Старобинском месторождении вокруг Солигорска, состоит из двух солей - хлористого калия и хлористого натрия. Промышленный интерес представляет хлористый калий, но его концентрация составляет всего 25-30%. Его изымают на обогатительных фабриках, а все остальное становится отходами обогащения.
Все остальное - это твердые галлиты, на 95% состоящие из обычной поваренной соли (NaCl), и жидкие глинистые солевые шламы. Первые образуют высоченные красные горы вокруг города, вторые - рассольные озера. Скорость изменения промышленного ландшафта напрямую зависит от объемов добычи руды и ее концентрации.
При нормальной загрузке производства на обогатительных фабриках "Беларуськалия" в год образуется порядка 20-25 млн. тонн твердых галлитовых отходов и 2,5 тонны жидких шламов.
Руководство "Беларуськалия" убеждает, что предприятие выполняет мероприятия по сокращению отходов: добывает руду селективным способом (извлекает сильвинит, оставляя галлит) и по возможности реализует галлит потребителям - на посыпку дорог, на нужды теплоэнергетики и т. д. Но в общих объемах производства отходов это мизер: всего около 1 млн. тонн галлита в год. Остальные 24 млн. тонн обновят вершины солигорского "хребта".
На риторический вопрос - вполне конкретный ответ. "Безусловно, эти отходы остается только хранить. Такая практика существует и в Канаде, и в России", - говорит заместитель главного инженера по охране окружающей среды ОАО "Беларуськалий" Валерий Чуров.
Почти не вредно?
В то же время на предприятии подчеркивают, что и солеотвалы, и шламохранилища еще на стадии строительства оборудуются противофильтрационными экранами, которые препятствуют проникновению загрязняющих веществ в почву и грунтовые воды. А возможные дефекты строительства исправляет, дескать, сама природа: глина в составе шламов - это мощный гидроизоляционный материал.
"То есть какие-то вредные фильтрационные процессы есть, связанные, может быть, с дефектами строительства, но по мере эксплуатации шламохранилищ они затихают", - объяснял журналистам и. о. главного инженера 2-го рудоуправления Владимир Молокович. "Влияния на водоносные горизонты, которые используются населением в питьевых целях, не установлено", - подытожил он.
Что касается естественного выветривания соли с солеотвалов, то оно, по словам и. о. главного инженера, даже при максимально неблагоприятных условиях - сильном ветре, повышенной температуре и низкой влажности - в сумме не превышает 20 тонн в год. Это ниже предела погрешности и "не оказывает влияния на окружающую среду".
Пьют и не жалуются.
Другую сторону медали представители СМИ увидели во время тура, организованного 6 февраля Белорусской ассоциацией журналистов: как у подножия соляных гор доживают свой век старые деревни.
В деревнях Брянчицы, Глядки, Чепели, Старые Терушки и других поколения рождались и умирали на своей земле до тех пор, пока полвека назад рядом не началась разработка Старобинского месторождения калийных солей.
Рудники в буквальном смысле "вынули почву" из-под ног сельчан, в результате чего дома стали проседать, печи - трескаться, а погреба - заполняться грунтовыми водами. То, что ушло из-под ног, "пришло" в виде соляных гор. Кстати, по словам сопровождавшего нас специалиста, в составе солеотвалов "вся таблица Менделеева", причем эти горы высотой 120-150 м ежегодно оседают примерно на 5 м.
В 90-х годах людям, проживавшим в непосредственной близости от рудников, давали квартиры в Солигорске. Многие уехали, но не все. До сих пор в отселенных деревнях остаются по нескольку семей. В основном это старики, которые свыклись с отсутствием в деревне магазина, фельдшерского пункта и других благ цивилизации. Они по возможности осушают погреба, засаживают огороды и пьют из колодца, несмотря на то, что каждую весну специалисты отбирают пробы и вывешивают объявление: "Вода непригодна для питья". Что в этой воде, сельчане точно сказать не могут - "то ли соль, то ли нитраты". Они просто пьют и не жалуются.
Жительница Брянчиц 76-летняя Валентина Волчок привыкла к своему одинокому существованию. У нее есть квартира в Солигорске, но переезжать туда она не собирается, потому что не переносит города. А домик, который еще в 1938 году построили ее родители, наоборот, очень любит и все в нем обустрила с любовью. За домом возвышаются красные горы. На любой вопрос о влиянии калийного производства - не проседает ли огород, не плохая ли вода - бабушка отвечает одинаково: "Чаму не?". И земля проседает, и деревья сохнут, и вода плохая ("на вкус несоленая, но если кашу варишь и молоком зальешь, то оно накипает"). Но ко всем этим "мелочам жизни" Валентина Денисовна привыкла.
"Такая красота кругом!"
Ее сосед Иван - бывший шахтер, недавно вышел на пенсию, постоянно живет в городе, а в Брянчицах присматривает за домом покойной мамы, которая завещала сыну засаживать огород. Он рассказывает, что в некоторых домах оседает фундамент и трескаются печи. В таких случаях люди пишут заявление в "Беларуськалий" и предприятие укрепляет дом металлическими стяжками. Обо всех проблемах - будничным тоном, даже о болезнях. "У нас, как известно, люди умирают от рака и "от сердца", - говорит он. Наш собеседник забыл упомянуть легочные заболевания, которые шахтеры приобретают в хронической форме. Самому Ивану повезло: он дожил до пенсии. По статистике, средняя продолжительность жизни солигорского шахтера - 49 лет.
В соседних с Брянчицами Глядках квартир людям не давали, потому что деревня номинально не попала в промышленную зону. А фактически это такая же мертвая территория без инфраструктуры и качественной питьевой воды. Постоянно в деревне живут 7 человек.
Вот в Чепелях, рядом с обогатительной фабрикой, солеотвалами и цементным заводом, - около 350 человек. И кажется, что у села есть будущее. Во всяком случае, люди приезжают сюда как на дачу, засаживают огороды и нимало не беспокоятся о качестве выращенных овощей. "У всех растет, и у нас растет, - рассуждают Дмитрий с супругой. - Воду мы не проверяли. И что анализы показывают, не знаем". А молодая сельчанка Марина и вовсе сменила старое место жительство в Мозолях на Чепели. Ей тут по-настоящему нравится, она любит наблюдать, в какие цвета горы окрашиваются по утрам. "Такая красота кругом!" - радуется женщина и предлагает приехать летом, когда тут "так замечательно".
Те, кто озабочен состоянием окружающей среды в районе Солигорска, и те, кто к этому безразличен, сходятся в одном: руководство "Беларуськалия" они ни в чем не винят. Оценки администрации и населения в общем-то не различаются: предприятие принимает меры, чтобы обеспечить нормальные условия для людей там, где они проживают. Если это можно назвать нормальной жизнью:
По данным представителей "Беларуськалия", разведанных и подготовленных запасов руды хватит как минимум на 40 лет. Но если подземные ресурсы еще велики, то сколько же отходов выдержит поверхность? То, что кормит страну хлебом, круто солит этот кусок.
