В самом деле, Минсельхозпроду подведомственны именно сельскохозяйственные организации, среди которых оно распределяет все виды государственных ресурсов и по справедливости слывет наместником Бога на земле. Без его на то доброй воли никто ни семян не получит, ни топлива, ни удобрений, ни кредитов. Более того, даже свои заработанные денежки артель не может потратить на покупку приглянувшегося агрегата, если это не совпадает с намерениями министерства. Приведем на сей счет мнение агрария Дмитрия Дьяконова, высказанное в газете "Народная воля": "Поверьте, очень трудно, даже имея свободные денежные средства, приобрести необходимую технику, так как она практически вся распределена по разнарядкам вышестоящих инстанций".
То есть как ни назови подведомственные г-ну Шапиро хозяйства (ОАО, КСУП, РСУП или еще как-нибудь), но они в сложившейся системе не могут быть ничем иным, кроме как колхозами. И лизинг, благодаря которому хозяйство получает самый современный агрегат, есть лишь осовремененная форма традиционной кабалы. Что с того, что раньше за свои деньги колхоз не мог купить конную жатку, а сейчас - современный комбайн? И тогда, и сейчас технику часто выделяют хозяйствам, которые никогда за нее расплатиться не смогут. Потому и не пытаются, но именно поэтому проявляют особую чувствительность к инициативам, исходящим от министерства.
На данном этапе министерству нужны темпы роста, которых от него требуют "сверху". И выделяют ресурсы именно для этой цели в количестве, обеспечивающем их достижение. В прошлом году на производство сельхозпродукции стоимостью 1.000 BYR было затрачено 1.217 BYR, в нынешнем - 1.195 BYR. Есть очевидный прогресс, но приказ прежний: патронов не жалеть!
Сколько ни говори об экономике в сельском хозяйстве, а "битва за урожай" продолжается. Хоть и не любой ценой достигается победа, но все же высокой. Интересно, что при такой пропорции затрат и результатов агроотрасль, по данным статистики, показывает какую-то рентабельность.
Умом это не понять, но можно (и нужно!) верить. А когда люди видят высокие и увеличивающиеся темпы роста, им уже не до рентабельности, эффективности, доходности и прочих штучек, довлеющих над европейскими и американскими фермерами.
Но правда и то, что в хозяйствах населения все еще производится значительная часть сельхозпродукции. И то, что "идиотизм деревенской жизни", над которым вдоволь поиздевался основатель учения Маркс, в современной белорусской деревне нашел свое идеальное воплощение. В одних деревнях уже дикие свиньи на грядках хозяйничают, в других и самих огородов не осталось. А остались одни пенсионеры, которые, следует признать, получают хоть и небольшие пенсии, но регулярно, и имеют возможность покупать свой "продуктовый минимум" в сельпо. Поэтому объемы частного производства неуклонно сокращаются и тянут вниз общий показатель, за который отвечает Минсельхозпрод.
Вот если достижения старушечьих грядок, коз, кур и кроликов исключить из подсчета, то подведомственный г-ну Шапиро показатель рос бы еще более высокими темпами. И можно будет показывать белорусскую модель в еще более привлекательном виде.
Соблазн велик.
Понятно, что об умирающей деревне никто особенно не жалеет. Все ссылаются на урбанизацию, глобализацию, на фоне которых даже отдельные мегаполисы выглядят заурядной провинцией. Но есть и страновые особенности. В Польше, например, в последние годы численность сельского населения даже увеличивается. Что тоже отражает новый стиль жизни, а в нем на первый план выходят именно преимущества сельского образа жизни, в котором присутствуют все необходимые бытовые и культурные возможности городской цивилизации.
В общем, деревня свою войну проиграла. Но стоит ли радоваться победителю? Ведь до сего дня в сельском "неорганизованном" хозяйстве производится 36% сельхозпродукции на практически бездотационной основе. Когда же исчезнет последнее хозяйство на селе, абсолютным монополистом станет Минсельхозпрод. Сколько конкретно он потребует денег и сколько ему придется дать, сказать сложно. Одно очевидно: очень много. Может, даже больше, чем можно себе позволить.
