Охота идти в болота

Люди на болоте. Речь не о книге Ивана Мележа, а о набирающем обороты необычном внутреннем белорусском туризме.

Пять лет назад появился проект «Поход в  народ». Его особенность в том, что туристов отправляют в самые глухие уголки страны, а экскурсии проводят не профессиональные экскурсоводы, а местные жители.

Что из этого получилось, газета «Белорусы и рынок» узнала у основательницы центра путешествий «Поход в народ» Карины СИТНИК.

— Какие туры за время существования вашей компании стали топовыми среди белорусов?

— В летнее время самый популярный тур — на болото Ельня, верховое болото в Витебской области. Туристы идут не по «цивилизованным» маршрутам с настилами, а тропами, по которым ходят местные рыбаки и ягодники. Ведут группу местные жители. Кстати, местные проводники даже получили официальные сертификаты гидов, и это первый в Беларуси случай аттестации гидов по природной территории. Тур также популярен в сентябре, поскольку болото становится «аэропортом» для тысяч журавлей, мигрирующих с севера на юг. Фантастическое зрелище! Вообще сентябрь — самый активный месяц: хорошая погода, проводятся корпоративы, перенесенные с летних месяцев на осень.

Зимой спросом пользуется тур в Налибокскую пущу. Гуляем по экологическим тропам, наблюдаем за животными, точно увидим тарпановидных лошадей, а далее — кто попадется на пути: олени, косули, лисы, иногда встречаем стада зубров.

Исключительно весенний тур — «Моря Геродота». В это время разливается Припять, и туристы на байдарках сплавляются по затопленным полям и дорогам. Еще один популярный весенний тур — речное путешествие к пойменным дубравам в Припятском национальном парке и прогулка по Ольманским болотам. Специальные болотоступы не нужны, ходим в сапогах.

— Из местных провод­ников кто больше всех впечатлил?

— Сразу хочется рассказать о женщине-легенде Касе Казачонок. Она сопровождает туристов по болоту Мох, в заказнике рядом с Ельней. До пенсии Кася работала в детском саду, параллельно занималась охотой, ходила на кабана и лося. Сейчас берет лицензию только на утку. Кася родилась с одной стороны болота Мох, вышла замуж и переехала жить на другую сторону. Болото для нее — вся жизнь. Она знает каждую тропу, дерево, травы. Заходя в болото, здоровается с ним, уходит — благодарит. Все туристы в отзывах отмечают, что Кася необычный и искренний человек.

— Тур в белорусскую зону отчуждения не стал популярным среди белорусов?

— Путешествие в Полесский радиационно-экологический заповедник — это специфическая экскурсия. До пандемии часто организовывали туры в зону отчуждения, потому что был большой интерес у иностранцев. Например, в группе из двадцати человек могли быть люди десяти национальностей. Причем не только наши соседи, но и туристы из Австралии, Новой Зеландии, Аргентины. Сами белорусы этой темой не сильно интересуются. Сейчас возим туда в основном индивидуальные экскурсии, либо компании заказывают тур в качестве корпоратива.

Но в этом сезоне планируем запустить новый маршрут в зону отчуждения, а именно в Наровлянскую часть заповедника. Уже провели предварительную разведку. Там интерес в том, что гид по заповеднику водит туристов по местам своего детства. Показывает родной дом, школу, рассказывает, какой была раньше жизнь в нынешней зоне отчуждения. Получается очень человечная и трогательная история.

— С какими специфическими трудностями сталкиваетесь в этом бизнесе?

— Во-первых, к трудностям я бы отнесла ненадежность агротуристического сектора. Мы практически не задействуем гостиницы, а работаем с агроусадьбами. Но не все владельцы агроусадеб, так сказать, настоящие бизнесмены. Были случаи, когда накануне приезда нашей группы звонили хозяева усадеб и отменяли бронь. Однажды, например, отказ мотивировали тем, что, мол, усадьба рассчитана на 50 человек, а вы сняли только 20 мест, а вот к нам приезжают охотники и снимают всю усадьбу. И хозяин даже не предложил никакого варианта взамен. Ну что ж, мы делаем вывод и прекращаем дальнейшее сотрудничество с такими партнерами.

Сейчас же основная трудность связана с коронавирусом. Люди отказываются от поездок в очень короткий срок, и мы не успеваем найти им замену. Ковид стал железобетонным аргументом. Достаточно позвонить и сказать «сегодня я чувствую себя плохо, а вдруг ковид», и мы уже не можем удержать с человека понесенные расходы, потому что в нынешнее время плохое самочувствие — уже форс-мажорное обстоятельство. Иногда успеваем внести коррективы в тур, но бывают отмены.

— Каких улучшений ждете со стороны государства?

— Уже давно пора ввести электронный договор. Он бы упростил жизнь и нам, и туристам, потому что бумажная волокита отнимает много времени. Недавно принят новый закон о туризме. На этапе обсуждения было много разговоров о том, что нужно двигать туризм вперед, а в итоге ничего прорывного не произошло. Подкорректировали формулировки, а по сути наша работа не упростилась. Можно было хотя бы с документооборотом разобраться.

— Ковид не помог развитию внутреннего ту­ризма?

— Когда началась пандемия, компания два месяца не работала. Коронавирус стал ударом, поскольку сорвал большие ставки на въездной туризм. Несколько лет я проделывала огромную работу по привлечению иностранных туристов, участвовала в туристических выставках в Лондоне и Мюнхене. Уже были достигнуты договоренности о принятии международных групп. Ковид перечеркнул все планы.

К концу 2020 года внут­ренний туризм вернулся на уровень 2019-го, а в 2021-м количество туристов увеличилось в два раза. Может, рост туристов частично и связан с ковидом и закрытыми границами, но наша компания уже пятый год на рынке, и мне кажется, что это естественный ход событий. Бизнесу на таких стадиях свойственно расти быстро. На текущий год я поставила себе несколько основных задач: растить команду, расширять предложения по турам, больше работать с корпоративным сектором. Уверена, мне снова удастся увеличить годовые показатели, потому что экологический туризм в Беларуси только набирает обороты, и пространство для развития просто огромное.

Читайте нас в: