Два белорусских банка получили право на проведение с 1 мая 2010 года по 31 декабря 2012 года эксперимента по созданию фондов банковского управления (ФБУ), осуществляющих коллективные вложения средств физических и юридических лиц в различные финансовые инструменты.
Порядок организации и работы фондов установлен Указом президента РБ № 131 "О проведении эксперимента по созданию фондов банковского управления" от 5 марта 2010 года, которым утверждено Положение о фонде банковского управления. Заниматься такой деятельностью пока разрешено только Белинвестбанку и Приорбанку.
Попытка № 2.
Это уже вторая попытка создания инструмента для коллективных инвестиций в Беларуси. Первая была предпринята еще в начале 90-х годов прошлого века, когда создавались инвестиционные чековые фонды. Но тогда государство заморозило приватизацию и ликвидировало фонды за ненадобностью. Теперь в связи с ожидаемой активизацией приватизации снова вспомнили о коллективных инвестициях.
Не обошлось и без внешнего стимула. Как сообщил в июле 2009 года директор департамента по предпринимательству Минэкономики Александр Лихачевский, создание подобных фондов было одним из условий сотрудничества с МВФ. Белорусские ФБУ, по его словам, будут создаваться по образцу российских общих фондов банковского управления.
Регистрация правил фондов и ведение реестра фондов возлагаются на Национальный банк. Указом № 131 предусмотрено, что Нацбанк до 1 марта 2012 года должен представить президенту РБ информацию о ходе проведения эксперимента и предложения о его продлении или придании нормам указа постоянного характера и распространении их на все банки республики.
ФБУ могут принимать денежные средства, а также ценные бумаги от физических и юридических лиц и осуществлять доверительное управление ими. Фондам не могут передаваться только акции, распоряжение которыми ограничено Декретом президента РБ от 20 марта 1998 года № 3 "О разгосударствлении и приватизации государственной собственности в Республике Беларусь".
Количество фондов, которые могут быть созданы банками, не ограничивается. Имущество каждого фонда учитывается отдельно от имущества управляющего банка и других фондов, созданных этим же банком. Кроме того, банк не отвечает по своим долгам имуществом фонда, находящимся у него в доверительном управлении, то есть в случае банкротства банка вкладчики ФБУ не должны пострадать.
Вложив в фонд деньги или ценные бумаги, инвестор (вверитель) получает право на долю имущества фонда, которое удостоверяется специальным сертификатом долевого участия. Этот сертификат не считается ценной бумагой и его нельзя продавать. В то же время вверитель имеет право до прекращения обязательств по договору доверительного управления фондом определить иного выгодоприобретателя - того, кто получит деньги по его сертификату после прекращения работы фонда.
Стоимость сертификата рассчитывается как цена имущества фонда (его чистых активов) в расчете на сертификат. Управляющий банк может рассчитывать стоимость чистых активов фонда ежедневно, но может это делать более редко - жестких сроков Указ № 131 для проведения этой операции не устанавливает. Фонд создается на определенный срок, по истечении которого владельцу сертификата выплачиваются денежные средства, равные стоимости сертификата на тот момент.
Вверитель имеет право обменять сертификат на деньги до истечения срока функционирования фонда по текущей стоимости сертификата. Однако управляющий банк при организации фонда может устанавливать любой предельный размер части доли в имуществе фонда, которую вверитель может досрочно изъять, вплоть до нуля. То есть право вверителя на обмен сертификата на деньги будет работать, если это установит управляющий банк.
По стопам СИФов.
К фондам банковского управления государство, похоже, относится более лояльно, чем к чековым фондам. В частности, в Указе № 131 предусмотрено, что доходы вверителей, полученные от участия в фондах банковского управления, не являются объектами налогообложения для исчисления налогов. Тем самым устраняется двойное налогообложение доходов участников фондов. СИФам подобные льготы не предоставлялись.
Тем не менее ФБУ могут столкнуться с той же проблемой отсутствия в Беларуси объектов, подходящих для коллективных инвестиций.
В качестве объекта для вложения средств фондов, согласно Указу № 131, могут использоваться вклады (депозиты), межбанковские кредиты, ценные бумаги, производные ценные бумаги, валютные ценности и драгоценные металлы.
В Беларуси все эти инструменты есть, но использовать их для коллективных инвестиций довольно проблематично.
Рынок депозитов развит хорошо, но управляющим банкам нет никакого смысла вкладывать средства ФБУ во вклады других банков.
Слитки Национального банка физические лица могут приобретать самостоятельно, к тому же большого спроса на драгоценные металлы со стороны населения нет.
В стране есть несколько видов облигаций, но их доходность ниже ставок по депозитам для физических лиц, вследствие чего облигационные фонды не смогут привлечь ресурсы на покупку облигаций. Рынок межбанковских кредитов обеспечивает высокую доходность, однако сами банки на нем и зарабатывают, используя в том числе депозиты населения.
Есть еще производные финансовые инструменты на Белорусской валютно-фондовой бирже, однако объем торгов ими невелик, поэтому их нельзя рассматривать в качестве средства для серьезных инвестиций.
Что касается валютных ценностей, то попытка привлечения ресурсов в них в условиях, когда Беларусь пытается найти инвестиции в экономику, вряд ли будет приветствоваться руководством страны.
В Беларуси существует довольно много акционерных обществ открытого типа, но объемы сделок с их акциями пока крайне незначительны, а котировок акций нет. С некоторых ОАО с 2009 года уже сняты ограничения на совершение сделок с акциями, приобретенными физическими лицами в ходе проведения льготной чековой и денежной приватизации, однако это в основном небольшие ОАО, не представляющие интереса для инвесторов.
С 2011 года ограничения должны быть сняты со всех ОАО. Акции многих из них уже представляют интерес. Простор для операций доверительного управления здесь огромен - в Беларуси около миллиона акционеров. Большинство из них понятия не имеют, что можно делать с акциями, и с удовольствием с ними расстанутся, предложи им кто-нибудь за ценные бумаги приемлемые деньги.
Есть, конечно, надежда на то, что после того как начнется продажа государством акций ряда крупных ОАО по договоренности с МВФ, акции некоторых из них начнут котироваться на Белорусской валютно-фондовой бирже. Но вероятность подобного развития событий невелика, так как для этого нужна некоторая критическая масса инвесторов, готовых покупать и продавать эти акции. В Беларуси таких инвесторов просто нет.
Таким образом, фактически единственная сфера деятельности ФБУ, которая может, в принципе, принести прибыль и достичь значительных объемов, это скупка или прием в доверительное управление акций ОАО у физических лиц с расчетом на то, что эти акции со временем подорожают и их удастся выгодно продать. Поэтому существует большая вероятность, что ФБУ именно ею и займутся, фактически выполняя те функции, для которых предназначались СИФы.
Выбор за банками.
Согласно Указу № 131, управляющий банк в случае отсутствия возможности продажи имущества фонда при завершении срока его действия имеет право выплачивать владельцам стоимость сертификатов за свой счет, оставляя имущество себе.
Что означает "отсутствие возможности продажи", в указе не определено. Само по себе такое понятие выглядит странным, так как любое имущество всегда можно продать, снизив цену до необходимого уровня. То есть данная норма Указа № 131 предполагает, что если банк посчитает невыгодным продавать имущество в момент закрытия фонда (в силу неблагоприятной рыночной конъюнктуры, например), то он может расплатиться с участниками фонда, а затем при наступлении удобного момента реализовать бывшую собственность фонда, получив прибыль уже не для вверителей, а для себя самого.
Такая возможность существовала и у СИФов, за что их, собственно, и прикрыли, обвинив в намерении скупить акции по дешевке и обмануть мелких акционеров. Поэтому непонятно, зачем ФБУ также предоставлена возможность действий, которые потенциально могут нанести ущерб вверителям. Раз уж у нас государство декларирует столь высокую заботу об акционерах, ради чего в свое время полностью прикрыло деятельность
СИФов, то пусть бы внесло в Указ № 131 пункт, согласно которому полученная таким образом банком прибыль перечислялась бы бывшим вверителям фонда. Не было бы и вопросов.
Впрочем, банкам ничто не мешает не пользоваться правом приобретения ценных бумаг в собственность после прекращения деятельности фондов, что сразу снимет указанную проблему.
