Харитончик: рост цен в экономике перевалил двузначные величины уже к апрелю

Хотя инфляция и обогнала официальные прогноз, она все еще далека от двузначных величин. Однако относительно умеренный рост цен является результатом исключительно жесткого ценового регулирования. Реальный потенциал инфляции в Беларуси гораздо выше. Эксперт BEROC Анатолий Харитончик обратил внимание на то, что согласно уточненным данным Белстата рост цен в экономике в целом вдвое обогнал потребительскую инфляцию еще по итогам первого квартала.
 
- В последнее время власти очень засуетились с ценами, отменили частичную отмену ценового регулирования, вводят контроль за ценами на рынках. А есть какие-то на самом деле причины чтобы так переживать? Что происходит у нас с инфляцией? Все-таки 7% – это не катастрофа.
 
- Основания, чтобы беспокоиться по поводу инфляции, есть. 7% - это инфляция в годовом выражении. А текущие темпы выше. Текущие темпы выше десяти процентов, месяц к месяцу, квартал к кварталу, устраняя сезонность. 
 
Инфляция, если будет так и дальше идти, даже при действующем ценовом контроле может выходить ближе к 9% по итогам текущего года и даже тестировать двузначные уровни. А это будет влиять на покупательную способность, и все завоевания последних лет в части доходов и потребления будут сходить на нет.
 
Поэтому повод для беспокойства есть. Другое дело, что меры, которые принимаются и анонсируются, не очень сильно повлияют на инфляцию. Скажем, регулирование цен на рынках. В части инфляции более 90 процентов розничного товарооборота – это организации торговли. То есть магазины. Борьба с завышением цен на рынках на инфляцию не сильно повлияет.
 
Что касается ограничений на повышение цен на мясомолочную и кондитерскую продукцию. Эта мера принята, потому что рост цен, особенно на молочку, очень сильно ускорился. Притом ускорился до того, как частичная либерализация вступила в силу. По молоку рост цен был рекордный за десятилетия уже в марте. Кондитерские изделия уже долгое время дорожают около 20% месяц к месяцу в ануализированном виде. А вот по мясу значительный рост начался действительно только в мае. 
 
Цены на эти группы товаров растут, потому что есть значительный рост затрат плюс большой диспаритет в ценах с Россией. Цены приходится повышать внутри, чтобы товары не испарились и не уехали в Россию.
 
Возможно, эти ограничения притормозят рост цен на некоторое время, но нет оснований полагать, что рост цен будет низким на фоне все еще высокого потребительского спроса и сильно выросших затрат производителей. 
 
- Вот эта частичная либерализация, которую частично отменили, затрагивала очень небольшой перечень продуктов именно мясомолочных. На все остальное цены регулировались и раньше. Какой смысл в этом решении? Как оно может повлиять на инфляцию?
 
- Апрельские изменения дали право повышать цены с учетом изменения затрат, с учетом повышения предельных надбавок, без согласования. Это можно было сделать быстро. Сейчас же вернули норму о том, что если хотите повысить больше чем на 0,3%, то надо согласовывать. Во-первых, это может быть медленно, а во-вторых, могут же и не согласовать просто-напросто, даже если затраты выросли.
 
Поэтому, это действительно ужесточение. Но я думаю, что если рост затрат сохранится, то повышение цен согласовывать будут. Но, возможно, эти повышения не будут слишком резкими.
 
Я бы хотел отдельно обратить внимание на рост затрат. Момент, которому не уделили должного внимания. Когда мы говорим об инфляции, мы обычно имеем в виду индекс потребительских цен. То есть рост цен для людей. Но есть еще потребление госорганов, есть инвестиции, есть внешнеторговые операции. И там цены тоже меняются. Вот эти изменения цен на товары и услуги, произведенные в стране для конечного использования, измеряет дефлятор ВВП.
 
Так вот, Белстат ранее оценивал дефлятор ВВП за первый квартал в 6,4%. А 30 июня было стандартное уточнение оценок, и оказалось, по данным Белстата, что дефлятор ВВП составлял в первом квартале 11,8%. То есть цены в экономике выросли не на 6, а почти на 12%. И это нам показывает, что инфляционное давление весьма серьезное.
 
Тот факт, что потребительская инфляция находится в районе 7%, – это во многом результат сдерживания роста цен за счет их госрегулирования. Что сопровождается накоплением инфляционного навеса, и этот навес будет препятствовать быстрому замедлению инфляции, когда экономика будет остывать после перегрева.
 
- Ну у нас не только административными методами борются с инфляцией. Нацбанк вот решил применить монетарные. Повысил ставку. Он, правда, в заявлении упомянул инфляцию вскользь, но может ли это символическое повышение повлиять на инфляцию. Ну и что было главной причиной повышения – борьба с инфляцией, или, как заявил сам Нацбанк, стремление ограничить потребительский импорт.
 
- Нет оснований на самом деле не верить Нацбанку. У перегретой экономики вылазят различные болячки. Одна из них – ускорение инфляции. Еще одна – дефицит внешней торговли. В стране высокий спрос – импорт растет.
 
Нацбанк действительно с момента весенних изменений в его руководстве волновала не инфляция. Его действительно волнует рост потребительского импорта. Нацбанк действительно стремится ограничить потребительский импорт.
 
Второй момент состоит в том, что ставка рефинансирования – это не главное решение. Главное – это повышение расчетных величин стандартного риска, которые задают верхнюю планку по рыночным кредитам. Потому что повышение ставки рефинансирования на 0,25 процентного пункта, при росте инфляции более чем на 2 процентных пункта с начала года, не препятствует реальному смягчению монетарной политики. Реальные ставки, с учетом коррекции на инфляцию, снижаются. На самом деле, нет никакого ужесточения монетарной политики. Есть довольно ощутимое смягчение монетарной политики.
 
 

Читайте нас в: