Чтобы привлечь иностранные инвестиции в лизинговую отрасль, необходимо более прозрачное и четкое регулирование данной сферы, приближенное к принципам функционирования банковского сектора.
Такова точка зрения одного из крупнейших игроков белорусского лизингового рынка - компании "Райффайзен-лизинг", которую правительство подключило к дискуссии о путях привлечения иностранных инвестиций в лизинговую отрасль в рамках подготовки соответствующей правительственной программы.
Более подробно о своих взглядах на возможное развитие лизингового сектора в Беларуси корреспонденту "БР" рассказал генеральный директор "Райффайзен-лизинг" Максим ЛИСИЦКИЙ.
- Почему сегодня стал актуальным вопрос о привлечении иностранных инвестиций именно в лизинг?
- Сейчас вообще актуален вопрос по привлечению инвестиций и лизинговая отрасль рассматривается как одна из перспективных в этом плане.
Если говорить о финансовом блоке белорусской экономики в целом, первое, что приходит на ум, - это банки. В банковском секторе в области привлечения иностранных инвестиций сделано много. За последнее десятилетие в банковский сектор Беларуси пришло много профильных игроков, которые представляют крупные европейские и российские финансовые группы. В частности, в 2003 году пришел "Райффайзен".
В лизинговой отрасли все обстоит иначе. Несмотря на то, что банков у нас 31, а лизинговых компаний существует около 100, в то же время компаний, в которых присутствует серьезный иностранный финансовый капитал, не так много. Можно вспомнить четыре реально работающие компании - это "Райффайзен-лизинг", "ВТБ-лизинг", "РЕСОБеллизинг", группа компаний "Вестлизинг".
Понятно, что по своей роли в экономике страны банковский сектор и лизинговые компании несопоставимы. Для себя мы считаем высокой отметку, когда лизинговая компания по отношению к банку, представляющему группу, имеет соотношение около 10% по активам. Это характерное для международных рынков сочетание. Так, например, на сегодняшний день наша компания имеет активы порядка 110 млн. USD, это чуть меньше 10% по отношению к активам Приорбанка.
Несмотря на то, что лизинговый рынок не так велик по сравнению с банковским, он может стать дополнительным мостиком по привлечению денег финансовых структур в нашу страну. Чем больше денег лизинговая компания сможет привлечь, тем больше она сможет передать их своим клиентам в виде объектов лизинга. Причем инвесторами могут выступать не только крупные европейские и российские банки, это могут быть международные финансовые институты, такие как Европейский банк реконструкции и развития и МФК, для которых этот бизнес понятен.
Вот эта ситуация как раз и попала сегодня в поле зрения правительства.
- А есть ли интерес со стороны международных финансовых структур к нашему рынку?
- Они открыты для переговоров и готовы финансировать лизинговую отрасль в довольно значительных объемах. Такие структуры, например, как ЕБРР и МФК, сосредоточены на развивающихся экономиках, и Беларусь подпадает под данный формат.
- Что же, по вашему мнению, необходимо предпринять, чтобы инвестиции пошли в лизинг?
- Пересмотреть законодательную подоснову. В Беларуси лизинговые компании, являющиеся финансовыми структурами по природе своего бизнеса, не имеют законодательно закрепленного статуса финансовых организаций. Лизинговая отрасль сейчас регулируется Министерством экономки и в некоторой степени - Министерством финансов. И никаким образом не подчиняется главному финансовому регулятору страны - Национальному банку. Мне кажется, здесь нужны изменения.
Кроме того, если компания претендует на получение денег от международных финансовых институтов, то необходимо выполнение таких понятных критериев, как достаточность капитала, формирование правильной финансовой отчетности. Те критерии, которые применяются к банкам, вполне понятны для иностранных инвесторов. А наши лизинговые компании являются простыми субъектами хозяйствования, они ведут бухгалтерскую отчетность по национальным стандартам и добровольно - отчетность по международным стандартам. Зачастую возникают большие различия между балансом, сформированным по национальным стандартам бухгалтерского учета, и по МСФО.
- Но это проблема не только лизинговых компаний...
- Да, но в банковском секторе отчетность по национальным стандартам гораздо ближе к международным стандартам, чем тот учет, который применяют обычные субъекты хозяйствования.
Не секрет, что в условиях кризиса стремительно ухудшается качество кредитных портфелей банков. То же самое происходит и с портфелями лизинговых компаний. И мы, и банки формируем резервы на возможные потери. Однако у банков сформированные резервы относятся на себестоимость, а лизинговые компании формируют их из чистой прибыли. Таким образом, доля налогов, уплачиваемых лизинговыми компаниями, доходит до 80% от реально получаемой по международным стандартам прибыли. Есть и много других несоответствий.
В силу специфики национальных стандартов бухгалтерского учета валютных лизинговых операций картина с налогообложением и финансовой отчетностью получается просто ужасная.
Поверьте, это очень сложно объяснять серьезным инвесторам, которые сегодня выбирают, в какую из стран Восточной Европы направить свои деньги, и если мы хотим реально на них претендовать, нам надо срочно менять положение вещей.
- Так, может быть, просто сделать лизинг банковским видом деятельности?
- Такая точка зрения тоже имеет право на существование. Но наиболее рациональным вариантом нам представляется ситуация, при которой лизинговые компании должны существовать, как это принято в мировой практике, но они должны иметь статус финансовой организации и, соответственно, должны отвечать нормам и правилам, предъявляемым к ним.
- Правильно ли я поняла, что среди этих норм вы видите лицензирование лизинговой деятельности и подотчетность таких компаний Нацбанку?
- Я не говорю, что нужно обязательно лицензировать, но определить какие-то более четкие критерии и усилить влияние Национального банка на эту отрасль - это было бы абсолютно правильно и своевременно.
- Но не потому ли банки выделяют лизинговую деятельность в отдельные структуры, что там нет необходимости резервирования средств, отсутствуют жесткие нормативы и т. д.?
- Банки действительно выделяют лизинговую деятельность в отдельные юридические структуры, но мотив для этого выделения немного другой. В отличие от банка, который выдает кредит клиенту, и тот покупает себе на эти деньги то, что ему нужно, лизинговая компания покупает то, что нужно клиенту, - в свою собственность. То есть клиент платит по тому же графику, по которому он платил бы банку, но сам объект лизинга остается в собственности лизинговой компании, пока клиент полностью не рассчитается.
В случае же кредита объект, который куплен клиентом, остается в его собственности, а банку отдается лишь в залог. Таким образом, на лизинговых компаниях находится огромное количество собственности, которую банки предпочитают передать в отдельное юридическое лицо.
- Но отсутствие жесткого регулирования позволяет некоторым компаниям, которые не проходят по критериям хорошего заемщика, все-таки получить финансирование за счет лизинга?
- В Беларуси такое иногда происходит. Но нам кажется, это не совсем правильно. На самом деле смысл и кредита, и лизингового договора один: финансовый институт использует привлеченные средства для финансирования своего клиента. И риск, который берет на себя финансовая организация, один и тот же, потому что и при выдаче кредита, и при заключении лизингового договора клиент должен рассчитаться с финансовой организацией, исполнить все свои обязательства.
В Беларуси лизинг, во всяком случае раньше, так и воспринимался - как более рисковый вид деятельности, но это, по нашему мнению, неправильно. Те компании, которые не перестроили свои риск-подходы к клиенту, вряд ли переживут нынешний кризис.
И если мы возвращаемся к вопросу о привлечении больших денег от серьезных игроков, то надо понимать, что они будут смотреть на наш рынок с точки зрения не только доходности, но и возвратности своих денег. И если они будут видеть, что в лизинговой отрасли риск выше, чем в банках, то рассчитывать на серьезные транши не стоит. Поэтому если речь идет о привлечении серьезных денег, мы должны соответствовать системе риск-менеджмента, принятой в банках. В группе "Райффайзен" этот принцип неукоснительно соблюдается.
- О каких суммах инвестиций в лизинговом секторе может идти речь?
- Если приводить в пример нас, то "Райффайзен-лизинг" вышел на рынок в конце 2005 года. За период с 2006 по 2008 год мы привлекли более 200 млн. USD иностранных кредитных линий, и эти деньги поступили на счета Беларуси. Это в итоге и позволило нам стать лидерами рынка.
- Однако отсутствие более жесткого регулирования не помешало такому крупному игроку, как "Райффайзен", и другим инвесторам, о которых упоминалось выше, войти на белорусский рынок лизинга...
- Это были времена, когда западные инвесторы значительно легче расставались с деньгами. Денег было достаточно, и инвесторы были готовы к большему риску. Сейчас им с деньгами расставаться сложнее. И на фоне невозвратов требования ужесточаются. Главные из них - прозрачность, эффективность и надежность.
Сейчас, может быть, как раз хорошее время, чтобы проводить изменения. Сама жизнь подсказывает, что тот, кто успеет перестроиться, стать более эффективным, понятным и прозрачным с точки зрения инвесторов, тот и получит средства для развития.
Сегодня все развивающиеся страны нуждаются в деньгах, но предложение денег на рынке ограниченно. Ты должен конкурировать со странами Восточной Европы, со странами бывшего Советского Союза за деньги ЕБРР, МФК и других крупных финансовых групп. У них есть выбор, кому эти деньги дать. Естественно, они дадут их туда, где они будут уверены в большей возвратности и эффективности.
- Так может, имеет смысл привлекать деньги именно через банковский сектор?
- Те суммы привлеченных нами средств, о которых я говорил, вполне сравнимы с теми, которые привлекались банками первой десятки. Если Беларусь показала, что она способна привлекать в банки, то нужно показать, что это возможно и в лизинговой отрасли. Можно привлечь рубль в банк и рубль в лизинг. Давайте научимся привлекать деньги в лизинг, и тогда у нас будет уже два рубля.
- И все же введение банковских принципов работы в лизинговую отрасль, очевидно, приведет к отсечению более мелких структур, которые не контролируются банками. По сути, это - передел рынка.
- Это не передел рынка, а скорее его структурирование. С одной стороны, понятно, что в условиях консолидации рынка мелкие игроки будут терять свои позиции. Но с другой - необходимо определить, что лучше для экономики: иметь 100 слабых игроков с общим портфелем, условно говоря, в 20 рублей или иметь 20 сильных с общим портфелем в 100 рублей?
Мы не призываем к административному отсечению мелкого игрока. Мы призываем к тому, чтобы отрасль была более понятной и прозрачной для инвестора. Таким образом, в страну пришло бы больше денег. Страна обходится 30 банками и при этом имеет 100 лизинговых компаний, но их КПД значительно меньше, чем может и должно быть.
