Внутренняя же экономическая обстановка обрастает все новыми и новыми статистическими подробностями. Нацбанк на прошлой неделе опубликовал итоговый документ с анализом платежного баланса за 2013 год. Дефицит текущего счета, от которого практически напрямую зависит устойчивость белорусского рубля, составил 7,3 млрд. USD (10% к ВВП), недотянув всего 1 млрд. до пикового дефицита в размере 8,2 млрд. USD (15% к ВВП) по итогам 2010 года, ставшего причиной обвала белорусского рубля в 2011 году.
Правда, тогда улучшать состояние текущего счета путем резкой девальвации пришлось во многом потому, что золотовалютные резервы были уже слишком низки, чтобы поддерживать курс. Сегодня наши ЗВР больше, но лишь на 2,1 млрд. USD по сравнению с мартом 2011 года, в котором кризис, собственно, и разразился.
Ситуация пусть и не обвальная, но очень напряженная. Нацбанк не стал изменять ставку рефинансирования в марте ввиду слишком высокой инфляции в феврале. Причины инфляции кроются в высоких ставках по кредитам, - скажет любой производственник в ответ на претензии правительственных чиновников или потребителей.
В феврале была сделана попытка наступления на ставки. Бизнес давил на правительство, правительство намекало Нацбанку на необходимость значительного снижения ставок. Но Нацбанк устоял и, судя по мартовским решениям, не собирается идти на резкое понижение в ближайшее время.
Ведь опасность обрушения финансовой устойчивости, в том числе и устойчивости белорусского рубля, сегодня обостряется геополитической обстановкой. На фоне военно-революционной ситуации в соседней стране белорусские власти на девальвацию точно не пойдут. А значит, будут тратить резервы, даже если их нечем будет пополнить извне.
Но если российские деньги все же прилетят к нам в "голубом вертолете" или "на крыльях" российских истребителей в ближайшее время, мы, возможно, уже в этом году услышим скрип чуть заржавевшего печатного станка, который начнут включать в тестовом режиме, готовясь к президентским выборам 2015 года. Остается надеяться, что они не будут отменены ввиду военного или какого-то другого чрезвычайного положения.
