Даже в продолжение жизни одного поколения в судьбе города происходили такие радикальные изменения, от которых дух захватывало.
Но, как говорят, в общем и целом город всегда оставался "при своих" - изменяясь количественно, практически не изменялся качественно. В новейшее время поднятый в статусе до столицы союзной республики, затем возвышенный до главного города независимого европейского государства, он остается самым провинциальным из всех европейских столиц, в том числе и новообразованных. Москва, Киев, Минск - таков был прежний рейтинг. Сейчас, возможно, Москва, Варшава, Киев, Таллинн, Рига, Вильнюс, Кишинев и Минск перед Ашгабатом. Возможно.
Разумеется, любой из этих городов не может сравниться с Минском по организации "дворницкой службы", но не показная (а в Минске она именно показная) чистота улиц определяет тип и уровень развития современного поселения городского типа.
В спальных районах европейских городов, когда утром народ отправляется по своим делам, оставляя в отведенных местах пакеты с бытовым мусором, возникает даже ощущение определенной нечистоплотности. Но оно исчезает, когда узнаешь, что отходы предварительно сортируются на фракции самим населением, и поэтому мусор не сжигается, не захоранивается, а идет в переработку и возвращается в хозяйственный оборот.
Да разве только в этом дело? В любой европейской столице белорус чувствует себя как гость и ведет себя соответственно. В Москве опасается потерять железнодорожный или авиационный билет, по которому он прибыл или собирается убыть из первопрестольной, держит при себе паспорт и старается использовать мелкие купюры при покупках, дабы ненароком не завысить свою платежеспособность в чьих-то завистливых глазах.
В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
В европейских столицах, наоборот, полицейского можно не опасаться, он, скорее всего, поможет решить какие-нибудь мелкие проблемы, не требуя предъявления документов. Но там полицейского труднее найти.
Представляется, потому, что в европейских городах давно реально действует безуспешно внедряемая у нас технология "одного окна" и "одного знака". Если удалось расшифровать его значение, что несложно, то для достижения цели достаточно выполнять действия, в нем указанные.
В общем, система достаточно отчужденная от человека, может быть, потому и критикуемая как чересчур бюрократическая.
В Минске же пространство просто нафаршировано телами исполнителей. Там, где достаточно одного указателя, у нас стоит какой-нибудь турникет, там, где с делом методично справляется автомат, в Минске сидит душевная женщина, у которой начинается обед именно тогда, когда вам приспичило.
Стоит ли говорить о передвижных металлодетекторах, кочующих по местам традиционных и многочисленных народных гуляний, что несколько напоминает практику применения гильотин в революционной Франции. Там тоже так было - куда народ, туда и гильотина. Для поддержания порядка и настроения. Где в западном городе справляется один полицейский, в Минске усердствует целое подразделение.
Короче, не много, а очень много на улицах Минска функционеров правопорядка. В последнее время даже в общественном транспорте часто встречаются девушки с дубинкой на бедре и наручниками на поясе. И без того народная, от плоти, что называется, и крови, милиция становится все более народной.
Создается впечатление, что только в этом направлении происходит какое-то развитие, встречное движение народных масс и народной же милиции.
Помню, летом 1967 года, когда в городе очень скромно (на автобусах и остановках) по трафарету были намалеваны какие-то очень незатейливые "граффити", общественность возмущалась поведением двух студенток БГУ, которые надерзили контролеру, уличившему их в бесплатном проезде в трамвае. (Об этом, кажется, написал "Вечерний Минск", родившаяся в том же году общегородская газета по образцу западных "сплетниц", но под контролем горкома КПБ.)
Говорили, что исключать таких надо. Наверное, не исключили, но нервы потрепали изрядно и выпустили в жизнь симпатичными "совками" с высшим образованием.
Каждый поймет, как это событие выглядит на фоне современной городской хроники. Сегодня и милиционеры такое отчебучивают, оставаясь безнаказанными, что недолго вообще потерять веру в человека.
Как и сейчас, Минск тогда тоже гордился своим промышленным, научным и культурным потенциалом. Как и теперь, действовал принцип: все лучшее Минску, все лучшее - в Минске. Вслед за деньгами шли люди (послевоенный Минск по темпам роста населения вышел в мировые рекордсмены) и строились промышленные предприятия. Сельскохозяйственного машиностроения, автомобильный и станкостроительные заводы, точной механики и оптики, по производству ЭВМ и даже интегральных схем.
Все по советским образцам, требованиям, стандартам, за советские же зарплаты с авралами в конце месяца, квартала, года - не только производство планировалось "от достигнутого", но и потребление тоже. Хоть потребитель, знакомясь с документацией, товары, собранные в "критические дни", старался не покупать.
Но ошибается тот, кто думает, что рост валового производства являлся главной целью советской экономики. Нет, главной целью ее был как раз продукт скорее побочный, чем основной с точки зрения промфинплана. Этим продуктом был "простой советский человек", который, зная о творимых им в родном коллективе безобразиях и даже понимая причины их, должен был свято верить, что вот таким (через одно место) способом мы всем утрем нос и всем докажем.
С "догоним и докажем" не получилось, но побочный продукт получился вполне и стал главным, на удивление востребованным именно теперь, в изменившихся условиях, которые объективно отказывают ему в праве на существование.
Именно эти люди препятствуют модернизации страны и общества, копируя западные технологии и отказываясь менять отношения между людьми, поскольку такая перемена лишает их возможности доказывать обществу право на свое не господство даже, а засилье на всех мало-мальски важных постах.
Впрочем, что я? Маркс, который, не спрашивая нашего желания, учил нас отличать кажимость от сущности, утверждал, что несколько цифр могут рассказать о предмете больше, чем тома разнообразной беллетристической лабуды. Поэтому не стану от себя больше ничего добавлять к тому множеству благоглупостей, сказанных в честь города Минска в последний очень неюбилейный для него день, который был устроен едва ли не как триумф гос- и градоначальства.
Лучше сошлюсь на данные официальной статистики.
В первом полугодии текущего года Минск получил отрицательное внешнеторговое сальдо в размере 1,57 млрд. USD. Среди областей наихудший показатель у Витебской (минус 743 млн. USD), наилучший - у Минской области (плюс 213 млн. USD). В остальных сальдо тоже отрицательное, но не превышает 55 млн. USD. Поэтому можно считать, что они сработали "по нулям", что в условиях кризиса следует признать скорее достижением, чем провалом.
Еще 1,7 млрд. USD недобора во внешнеторговом сальдо не расписано по территориальным единицам, поскольку характеризует внешнюю торговлю предприятий, работающих на нужды всей страны.
Поэтому сделаем вывод: Минск, привлекающий и накопивший гораздо большие по сравнению со всеми другими территориями ресурсы, соответствующей отдачи стране не дает, поскольку не умеет их экономически эффективно использовать*.
Вот такое осталось послевкусие от невыпитого на празднике города пива, вот такое сложилось послесловие от сказанных на нем речей.
