Впечатления об индустрии 4.0

Пока в Беларуси формируется довольно пренебрежительное отношение к науке, в Германии научно­исследовательский институт имени Фраунгофера (того самого, из учебника по физике) занимается вопросами четвертой промышленной революции. Целый институт (!) придумывает цифровые решения для промпроизводства. Некоторые из них довольно простые, порой наивные, иногда странные.

Как пример, немцы показали интерактивную пошаговую инструкцию по сборке электромобиля. Система подсказывает, из какой коробки болтик взять и куда его прикрутить. Рабочему даже не нужно читать чертеж — смотри себе «мультик» на мониторе и собирай детали, как там показывают. Если вдруг что-то не туда прикрутил, монитор замигает красным цветом.

Далее институт объединяет все эти решения в инженерный проект и… строит под ключ целые заводы на принципах индустрии 4.0. Причем строит даже в России, используя технологическое оборудование ведущих немецких производителей.

Свои чудные, на первый взгляд, разработки немцы скрупулезно накапливают, систематизируют, улучшают и постепенно формируют из них новую цифровую реальность. Это долгий, затратный и непрямолинейный процесс, где-то успешный, а где-то убыточный. Однако, в отличие от нас, у немцев есть четкое видение результата, понимание, что даст им этот результат. Пусть не сразу, но в обозримом будущем. Есть воля, а также немецкая педантичность, планомерность и последовательность в достижении результата. Есть корректная позиция бундесминистерства, понимающего, где нужно создавать стимулы и обеспечивать коммуникации разных сфер бизнеса и когда лучше просто отойти в сторону и не мешать.

Важно, чтобы в Беларуси наконец наступило понимание, что через несколько лет цифровые решения проникнут во все сферы промышленного производства, больницы, аптеки и даже в жилые дома.

Не только в Германии, но и в США и, что самое тревожное, в КНР наблюдаются схожие процессы. Если Китай успеет первым, то соперничать с ним на мировом рынке будет просто невозможно. Благодаря массовой экономии ручного труда КНР снизит себестоимость, сократит время производства, сделает продукцию кастомизированной под конкретного потребителя. Как следствие, крупные белорусские промышленные предприятия окончательно станут неконкурентоспособными на внешних рынках. Даже на рынке ЕАЭС! Многие белорусы будут вынуждены уйти в сферу низкоквалифицированных услуг — подносить с заискивающим видом чужие сумки и чемоданы.

Именно сейчас, на стадии опытных разработок и пробных внедрений, решается, какая из трех стран навяжет глобальному рынку свои стандарты цифровой трансформации, кто станет выпускать адаптированное под эти стандарты технологическое оборудование, транспортные средства и даже бытовую технику с электроникой для умного дома, кто завоюет мировой рынок телекоммуникационного оборудования для Интернета стандарта 5G, кто создаст более совершенный искусственный интеллект, способный эффективно обрабатывать большие массивы данных от предприятий, брать на аутсорсинг бизнес-процессы, оперативно выявлять/решать производственные проблемы, кто займет мировой рынок облачных сервисов, кто будет (на платной основе) выдавать сертификаты безопасности для облачных хранилищ.

К слову, США это уже понимают и беспощадно облагают пошлинами китайские товары, не пускают к себе телекоммуникационное оборудование Huawei, проводят политику «новой индустриализации», «возвращают» промышленные производства на свою территорию, поддерживают собственное машиностроение. Поскольку это «платформа», создающая рынок для ПО, технологий технического зрения, скоростного «Интернета вещей», искусственного интеллекта и многих других элементов индустрии 4.0.

Очевидно, что Беларусь не в состоянии самостоятельно разработать и создать у себя все элементы, необходимые для четвертой промышленной революции. У Германии на это ушли несколько десятилетий и колоссальные средства. Решающую роль сыграли бизнес и, что самое главное, вера руководства крупных частных компаний в успех цифровых решений. Именно им удалось успешно совместить технологии из области телекоммуникаций, программирования и промпроизводства и заложить основу четвертой промышленной революции. Заметим, это было осознанное движение бизнеса, частная инициатива. Но во взаимодействии с наукой и государством.

Практически в каждой немецкой организации, которую автор данной статьи посетил в рамках стажировки, белорусскую сторону приглашали к сотрудничеству. Предлагали обучающие семинары, участие в проектах и ассоциациях, создание демонстрационных смарт-фабрик, выражали готовность выполнить инжиниринговое сопровождение инвестиционных проектов. Это объясняется борьбой за мировой рынок цифровых решений, за каждый его региональный сегмент. В такой ситуации немцам интересен даже рынок Беларуси.

В нашей стране нет всего комплекса необходимых элементов индустрии 4.0, а то, что есть, не представляет собой чего-то цельного. На данном этапе некому, кроме государства, стимулировать их создание, сформировать из них систему. Частные случаи использования элементов индустрии 4.0, скорее, статистическая погрешность в промышленном производстве страны. Но у Беларуси еще есть время (не много), а главное, я надеюсь на это, понимание неотвратимости и необратимости перемен.

Прежде всего, надо начать действовать. Причем не столько государству, сколько бизнес-ассоциациям, дирекции крупных промышленных организаций, руководству профильных НИИ, поскольку частные компании и ассоциации в той же Германии предпочитают работать не с государством, а с бизнесом.

Для начала необходимо на государственном уровне определить, с каким из государств — лидеров в разработке систем цифровой трансформации нашей стране стоит наладить сотрудничество. Сотрудничество для того, чтобы перенять технологии и, самое главное, стандарты.

Продумать, как в сложившейся ситуации обеспечить для белорусских предприятий наилучшие условия сотрудничества с ведущими мировыми компаниями — разработчиками цифровых решений, какие формы промышленного сотрудничества и в каких отраслях промышленности необходимо стимулировать. Мы не сможем быть чистыми покупателями: на это просто нет денег. Ожидания бизнеса получить от государства миллион долларов под цифровую трансформацию как минимум несбыточны.

Сформировать стимулы международного сотрудничества белорусского и немецкого (американского, китайского, российского) бизнеса по всем направлениям, касающимся четвертой промышленной революции. Понимание необходимости изменений должно идти снизу, через изменение мировосприятия руководителей промышленных предприятий.

Пригласить международные компании, специализирующиеся на консалтинге в сфере внедрения цифровых технологий в промышленное производство. Для информации: немецкая консалтинговая фирма Detecom уже открыла полноценный филиал в Москве.

Создать институциональные условия, стимулирующие внед-рение цифровых решений на промышленных предприятиях страны, особенно на крупносерийных и крупнотоннажных, где можно получить эффект мас-штаба.

Организовать при профильных университетах демонстрационные смарт-фабрики для популяризации индустрии 4.0. Использовать их для разработки новых цифровых решений, например, магистрантами и аспирантами как обязательное условие защиты специализированных диссертаций.

По аналогии с немецкой разработать национальную стратегию цифровой трансформации промышленного производства. Указать в ней всю необходимую инфраструктуру и элементы. Отметить, что мы можем сделать сами, а что придется заимствовать.

Сформировать дорожную карту присоединения Беларуси к одной из распространенных в мире технологических платформ цифровых технологий и стандартов промышленного производства.

Открытым остается вопрос экономической эффективности использования отдельных цифровых решений для имеющихся в Беларуси масштабов промышленного производства. Ответ на этот и другие вопросы должно дать изучение опыта зарубежных компаний, уже прошедших цифровую трансформацию. Полезным также является опыт Германии по разработке технологий цифровизации производства для малого бизнеса.

Важно, чтобы все перечисленное не превратилось в кампанейщину, в огромную стопку бумажных решений и дополнительных бюрократических процедур. В ситуацию, когда со злободневной проблемой поигрались и… забыли. А проблема осталась. И завтра стала еще острее.