Если быть до конца откровенным, то вся эта непринципиальная нюансировка принципиально неизменных подходов к выборам в нашей стране автора совершенно не интересует. Как говорится, дело сделано давно и сделано хорошо. Люди, которые разрабатывали избирательное законодательство "под себя", приспособили его под габариты своих тел с соблюдением всех необходимых допусков и посадок.
Как раньше писали в учебниках, "победа социализма в СССР достигнута полная". То есть все антагонистические классы уничтожены, а оставшиеся неантагонистические сплотились намертво вокруг руководства. Это и есть выбор - правильный, окончательный и бесповоротный.
Совершенно права г-жа Ермошина, утверждающая, что прозрачность выборов не зависит от урн, предназначенных для избирательных бюллетеней. Впрочем, и непрозрачность тоже. Например, есть непокоренные до конца созидательной энергией человека реки, вольно текущие в природных берегах. Всякому понятно, куда они текут, и видно, какая рыба в них плавает. А другие реки, как наша Свислочь, понятно, куда текут, но разглядеть в их мутных водах можно только то, что плавает на поверхности. А есть еще и полностью закованные в бетонные коллекторы реки, как наша Немига: какая бы прозрачная вода в них ни попадала, на выходе образуется сточная.
Полное совпадение формы и содержания, которое останется таковым, даже если стенки коллектора соорудить из горного хрусталя. Как говорится, демократизация отличается от демократии, как канализация от вольного водного потока.
Свое согласие с этой тривиальностью выразила и Лидия Ермошина: "Сравнивать зависимость выборов от прозрачности ящиков - это то же самое, что утверждать, будто женщина, на которой меньше одежды, имеет более открытую душу и чистые помыслы, чем та, которая ходит в наглухо застегнутом свитере. Главное, что находится в этом ящике. Нельзя определить внешне, что там - бумага или избирательные бюллетени".
Действительно, не стоит к жизни предъявлять слишком высокие требования. Психология, например, существует более 2000 лет, но, как утверждают остроумцы, пришла только к одному положительному выводу: чужая душа - потемки. Бывают женщины, одетые в шинели, фуфайки, понятно, в свитера, в вечерние платья, в бикини. Но кто из них более чист в помыслах, сказать трудно. Однако общение с менее одетой женщиной позволяет мужчине визуально определить хотя бы чистоту ее белья и отсутствие внешних признаков телесного нездоровья. Ведь что греха таить, бывают болезни и заразные, и неизлечимые.
Именно поэтому один из радетелей нравственной чистоты (уж не Томас ли Мор?) утверждал, что при заключении брака невесту надо позиционировать жениху и его родителям обнаженной. Мол, когда кто-то покупает себе кобылу, то осматривает и ощупывает ее со всех сторон. Почему же к браку такое легкомысленное отношение?
Короче, бывают такие ситуации, например, на приеме у врача, когда обнажаются даже монашки. Если на самом деле их помыслы чисты.
А что можно подумать о женщине, которая возляжет на супружеское ложе в ватнике? Тут любой закричит диким криком смертельно раненого носорога.
К сожалению, очень часто наши высокие чиновники говорят правильные слова, сводят их в предложения, делают выводы, которые не противоречат исходным посылкам, а складывается впечатление, что они бредят. Но при этом не скрывают настойчивого стремления просвещать нас, темных, по разным предметам.
Если уж говорить, от чего не зависит прозрачность процесса, то почему бы не сказать, от чего она зависит. А то ведь получается совсем как в гайдаевской комедии, где бредовость ситуации заставляет Шурика воскликнуть: "Если бы вы были моей женой, я бы повесился".
Вот каковыми бывают отдельные дамы, когда они не спросясь приходят в наши сны. Полбеды, когда в ватнике, беда - когда обнаженные.
Впрочем, у гайдаевской комедии конец светлый: героиня хоть и пугает помыслами, но "красотою лепа, бровями союзна...". Такую женщину ни в соболях не спрячешь, ни бельем от "Мiлавiцы" не испортишь (разумеется, в смысле нравственном).
