Фиктивные ПИИ до нас не доходят

Около трети прямых иностранных инвестиций во всем мире — фиктивные. Такие данные содержатся в докладе «Рост фиктивных инвестиций», подготовленном экспертами МВФ и Копенгагенского университета. Однако на Беларусь это утверждение не распространяется.

Феномен Люксембурга. Как отмечается в докладе, маленький Люксембург, в котором проживает 600 тыс. человек, получает столько же прямых иностранных инвестиций (ПИИ), сколько и США, но гораздо больше, чем Китай. Инвестиции в Великое герцогство составляют 4 трлн долларов в год, или 6,6 млн долларов на человека. Однако гигантские вложения не превращаются в здания, заводы и новые бизнесы в маленькой экономике Люксембурга. Эти поступления — часть все увеличивающегося фантомного капитала, который проходит через компании-­пустышки. Они не занимаются реальным бизнесом, а выступают в качестве холдинговых структур, «чтобы организовывать внутрикорпоративное финансирование или управлять нематериальными активами зачастую с целью сэкономить на налогах в разных странах транснациональными корпорациями».

Авторы доклада утверждают, что на долю фиктивных инвестиций приходится около 38 % всех ПИИ мира, или 15 трлн из почти 40 трлн долларов. В свою очередь, из этих 15 «фантомных» триллионов долларов более 85 % попадает в десять юрисдикций: Люксембург и Нидерланды, Гонконг, Британские Виргинские острова, Бермудские острова, Сингапур, Каймановы острова, Швейцарию, Ирландию и Маврикий. На долю Люксембурга и Нидерландов приходится почти половина фиктивных ПИИ.

Белорусская «скромность». Как пояснил «БР» старший научный сотрудник Центра экономических исследований BEROC Дмитрий Крук, доклад МВФ и Копенгагенского университета документирует известный и подразумеваемый многими по умолчанию факт. Под фиктивностью в докладе понимается, что ряд потоков, учитываемых в статистике как ПИИ, по сути таковыми не являются, поскольку направлены в холдинги/материнские компании для дальнейшего финансирования этих холдингов/групп компаний. Данный феномен затрагивает страны с очень либеральным финансовым законодательством, что и способствует таким потокам.

«В отношении Беларуси, берусь утверждать, такой феномен неактуален. Во-первых, отечественное финансовое, инвестиционное и валютное законодательство довольно жесткое по мировым меркам, чтобы у компаний был стимул делать субъекта хозяйствования — резидента Беларуси центром перераспределения финансовых потоков внутри международного холдинга/группы компаний. Во-вторых, направляемый в страну поток ПИИ как в абсолютном, так и в относительном выражении традиционно очень скромен, чтобы его можно было подозревать в наличии такого феномена. Более того, на протяжении многих лет не менее 80 % в притоке ПИИ (за исключением крупных сделок, например, с «Газпромом» или по продаже «Велкома») составляют реинвестированные доходы: работающие в Беларуси зарубежные фирмы реинвестируют прибыль, полученную в нашей стране. Иными словами, значительная часть из того, что отражено в статистике как ПИИ в Беларусь, де-факто не покидает пределов нашей страны и не является новым капиталом, привлеченным извне», — отметил Дмитрий Крук.

По его словам, часть средств, которая действительно инвестируется из-за рубежа, настолько мала, что зачастую ее можно почти напрямую связать с конкретными проектами и инвестициями, о которых сообщается в СМИ. Более того, анализ инвестиционных потоков в отраслях также не дает оснований для подозрений: привлеченные в Беларусь ПИИ коррелируют с инвестициями в основной капитал.

Читайте нас в: