Внимательно читайте договор

Экономическим судом рассмотрено дело по иску ЧУП «А» к ОАО «Б» о взыскании основного долга за оказанные услуги. В обоснование требований истец ссылался на условия заключенного сторонами договора № 1, а также на условия дополнительных соглашений к нему от 5.09.2015 и от 5.10.2015.

Материалы дела

В отзыве на иск и в судебном заседании ответчик требования не признал. Один из его аргументов: дополнительные соглашения относятся лишь к перевозкам, выполненным соответственно в сентябре и октябре 2015 года.

Стороны подписали дополнительное соглашение от 5.09.2015 к договору, которое установило порядок авансирования услуг. Ответчик обязался каждые десять дней (до 9, 19, 29-го числа каждого месяца) перечислять аванс на закупку топлива в размере 30 % от планируемого месячного объема выполненных работ на основании счета, предоставляемого истцом.

Еще одним дополнительным соглашением от 5.10.2015 стороны вновь внесли в договор пункт, устанавливающий порядок авансирования ответчиком услуг по перевозке. На этот раз ответчик обязался до 9-го и до 19-го числа каждого месяца перечислять аванс на закупку топлива в размере 30 % от планируемого месячного объема выполненных работ.

Таким образом, в договоре оказалось два пункта с одинаковым порядковым номером (6) в различных редакциях (от 5.09.2015 и от 5.10.2015), отличающихся сроками авансирования. При этом в п. 6, внесенном дополнительным соглашением от 5.09.2015, сторонами не было указано, что определенные в нем даты авансирования распространяются на какой-то конкретный месяц. Об этом свидетельствует буквальный анализ содержания документа.

Дополнительными соглашениями стороны дважды изменяли п. 5 договора, содержащий сроки оплаты. В последней редакции от 5.10.2015 условие об оплате стало таким: «Форма расчета: платежное поручение на банковский перевод в течение 20 календарных дней со дня предоставления счетов, сформированных согласно условиям настоящего договора. Допускается расчет зачетом встречного однородного требования по заявлению автопредприятия. Оплата производится за фактически перевезенные тонны сахарной свеклы».

При этом ни в договоре, ни в названных дополнительных соглашениях стороны не указали, что данный срок оплаты распространяется на какие-то конкретные месяцы.

Дополнительными соглашениями от 5.09.2015 и от 5.10.2015 стороны дополнили (изменили) спорный договор следующими условиями:

– объемами грузоперевозки на сентябрь и октябрь 2015 года;

– условиями о 30-процентном авансировании планируемого месячного объема за любой месяц;

– условиями об оплате грузоперевозок в любом месяце в течение 20 календарных дней со дня выставления счета.

В п. 4 дополнительных соглашений от 5.09.2015 и от 5.10.2015 стороны согласовали применение повышенных тарифов в случае неисполнения одного из вышеперечисленных условий.

Как указал ответчик в судебном заседании и в отзыве на иск, при подписании дополнительных соглашений он исходил из того, что п. 4 распространяет свое действие только на перевозки, выполненные соответственно в сентябре и октябре 2015 года. Со своей стороны, истец настаивал на том, что данный пункт распространяет свое действие на все договорные отношения.

Стороны подписали счета от 16.11.2015, 17.11.2015, 21.11.2015 и 22.11.2015 за автоуслуги в общей сложности на 340 млн руб. (здесь и далее указаны суммы до деноминации). Согласно содержанию, счета одновременно являлись актами сдачи-приемки услуг по перевозке.

Объемы грузоперевозок и качество оказанных услуг ответчиком не оспаривались.

Согласно п. 5 договора в редакции дополнительных соглашений от 5.09.2015 и от 5.10.2015, ответчик должен был произвести оплату не позднее соответственно 7, 10 и 11 декабря 2015 года. Однако он произвел оплату в размере 340 млн руб. не в установленный срок, а 10 и 29 декабря.

Со своей стороны, истец исчислил стоимость перевозки по четырем актам, исходя из повышенных тарифов, установленных в п. 4 дополнительных соглашений к спорному договору. В итоге стоимость перевозки составила уже 380 млн руб., и разницу в 40 млн руб. истец попросил взыскать с ответчика.

Фемида постановила

Если у сторон возникли споры о содержании соглашения и дело дошло до суда, то последний руководствуется ст. 401 Гражданского кодекса, которая определяет последовательность действий, направленных на установление истинного содержания условия договора.

В первую очередь суд принимает во внимание буквальное значение содержащихся в договоре слов и выражений. В случае неясности буквального значения спорное условие сопоставляется с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если содержание условия договора невозможно установить ни при его буквальном толковании, ни при сопоставлении с другими условиями, то выясняется действительная общая воля сторон с учетом цели договора. Во внимание принимаются все обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, установившиеся взаимные отношения и последующее поведение сторон.

Содержание п. 4 дополнительных соглашений от 5.09.2015 и от 5.10.2015, а также п. 5 спорного договора является ясным, понятным и не предполагающим двоякого толкования в части условия о тарифе за перевозку в случае нарушения ответчиком сроков оплаты. В этой связи не может быть принят во внимание довод ответчика о неясности указанных пунктов.

После системного анализа условий спорного договора и дополнительных соглашений суд пришел к выводу, что предусмотренный п. 4 названных соглашений способ ценообразования являлся мерой, направленной на обеспечение своевременного исполнения ответчиком условий договора, в том числе в части соблюдения срока оплаты, преду­смотренного в п. 5.

Требования истца о взыскании с ответчика 40 млн руб. признаны законными и обоснованными, а иск — подлежащим удовлетворению. В апелляционном порядке решение суда было оставлено в силе.

***

Исходя из вышесказанного, в очередной раз рекомендуем сторонам более внимательно подходить к изложению условий договора и не превращать его в формальность. В противном случае следует быть готовыми к возможным убыткам.