Времена, когда участники разного рода ООО, АО, учредители частных предприятий и руководители всяческих субъектов хозяйствования не несли никакой ответственности по долгам своих организаций, давно канули в Лету.
Впрочем, внешне все осталось по-старому: существуют привычные ООО и другие аббревиатуры, недвусмысленно намекающие на ограниченную ответственность их участников. В уставах коммерческих организаций, как и раньше, есть положения, освобождающие учредителей от необходимости погашать долги своих фирм: Но все это - за исключением случаев, предусмотренных законодательством.
А вот законодательство как раз и предусматривает субсидиарную ответственность участников и других лиц, имеющих право давать обязательные для коммерческой организации указания. Таковая ответственность должна наступать в случае, если организация действовала во исполнение этих указаний и в результате этих действий стала экономически несостоятельной (банкротом).
Привлечь к субсидиарной ответственности можно и ликвидатора, вовремя на заявившего о банкротстве ликвидируемой организации, и руководителя, не заметившего неплатежеспособности своей фирмы. Впрочем, подобные меры не вызывают возражений - в конце концов, и ликвидаторы, и руководители должны обладать некоей квалификацией, позволяющей им распознать приближающееся банкротство.
А вот с участниками (собственниками) организаций все обстоит, на мой взгляд, несколько сложнее.
Говоря об ответственности учредителей (участников), руководителя юридического лица, признанного экономически несостоятельным (банкротом), следует отметить, что она наступает при:
- наличии у соответствующего лица права давать обязательные для юридического лица указания либо возможности иным образом определять его действия;
- совершении таким лицом действий (или его бездействие), свидетельствующих об использовании принадлежащего ему права в отношении юридического лица;
- наличии причинно-следственной связи между использованием соответствующим лицом своих прав и возможностей в отношении юридического лица и последствиями в виде признания должника банкротом;
- недостаточности имущества должника для удовлетворения требований кредиторов.
Размер требований к лицам, несущим субсидиарную ответственность, определяется суммой непогашенных (неудовлетворенных) требований кредиторов.
Таким образом, говорить о субсидиарной ответственности можно только при выполнении всех вышеперечисленных условий. Но дьявол, как всегда, кроется в деталях. В нашем случае следует обратить внимание на так называемое "бездействие".
Если говорить обыденным языком, то "бездействие" означает несовершение обязанным лицом необходимых действий. Например, руководитель, видя экономическую несостоятельность возглавляемого им юрлица, не обращается с соответствующим заявлением в суд.
Проблема в том, что белорусская правоприменительная практика вольно трактует понятие "бездействие" и без всяких на то правовых оснований распространяет его и на участников (собственников) коммерческих организаций, даже если они не принимают участия в управлении текущей деятельностью.
В прессе периодически встречаются высказывания уважаемых и ответственных товарищей, в том числе и представителей третьей власти, заявляющих об обязанности участников контролировать исполнительные органы, "тормошить" их, требовать отчета и созыва общих собраний: Печально, что подобные тезисы порой перекочевывают с журнальных страниц в тексты судебных постановлений.
Но ведь право участника контролировать хозяйственное общество является именно правом, а не обязанностью. А ответственность за отказ от реализации своего права не была предусмотрена ни в одном, даже самом диком государстве. Кроме того, законодательство достаточно жестко ограничивает исполнительные органы субъектов хозяйствования от вмешательства со стороны участников. Процедура созыва общих собраний четко прописана в законодательстве и уставах, поэтому участники здесь мало что могут сделать. Точно так же довольно жестко регламентировано и право участников на ознакомление с документацией.
И ко всему прочему участник вовсе не обязан быть квалифицированным специалистом в области экономики и права, не обязан отличать дебет от кредита и активы от пассивов. Все обязанности участников перечислены в законодательстве и заключаются в основном в необходимости своевременно внести вклад в уставный фонд.
Но все эти аргументы как-то не принимаются белорусской властью, и тезис о необходимости учредителям отвечать по долгам своих фирм вот уже полтора десятилетия присутствует в белорусском правовом поле.
И в заключение по законам жанра надлежит сделать нравоучительный вывод. А вывод прост: лишая белорусский бизнес права на ошибку, лишая его возможности ограничить свои риски и не класть все яйца в одну корзину, мы получаем отнюдь не дисциплину и порядок. Вместо цивилизованного рынка мы получаем множество непонятных субъектов хозяйствования с подставными учредителями и зиц-председателями во главе.
