Согласно Министерству финансов, белорусский госдолг сильно снизился в апреле. Как такое возможно в нынешних экономических реалиях? Почувствуют ли это обычные белорусы? Ситуацию разъясняет старший аналитик газеты “Белорусы и рынок” Вадим ИОСУБ в передаче «Где деньги, Иосуб?» на youtube-канале газеты.
— Важно понимать, в каких единицах считает Минфин. Внешний долг он считает в долларах США, а внутренний и совокупный — в белорусских рублях, — обратил внимание аналитик. — В апреле белорусский рубль сильно укрепился, курс доллара снизился почти на 10%, курс евро — на 15%. В результате внешний долг немного вырос, но если его пересчитывать по курсу в белорусских рублях, то госдолг снизился.
При этом ситуация с госдолгом в Беларуси не очень хорошая, считает Вадим Иосуб. Беларусь сейчас может занимать деньги только у России. Процентная ставка не всегда известна и прозрачна. Скорее всего, такие займы могут обуславливаться не экономическими, а может быть даже политическими условиями. Какими именно — нам остается только гадать, заметил аналитик.
С экономической точки зрения наличие всего лишь одного кредитора плохо тем, что ограничивает возможности рефинансирования госдолга. А это стратегия, к которой прибегают многие страны. Они берут новые кредиты под меньшие процентные ставки и на больший срок и за счет них расплачиваются по старым долгам с большими ставками и более коротким сроком.
Аналитик подчеркнул, что такой показатель, как отношение госдолга к ВВП плохо описывает ситуацию с госдолгом. Две страны с одинаковым долгом к ВВП могут чувствовать себя совершенно по-разному. Гораздо важнее вопрос: насколько легко страны могут обслуживать свой долг.
—Как оценить легкость или сложность обслуживания госдолга? Те страны, у которых темпы роста ВВП превышают среднюю процентную ставку по госдолгу, могут практически бесконечно наращивать свой долг. Выплата госдолга не напрягает экономику. Сложности в обслуживании долга возникают тогда, когда темпы роста ВВП меньше, чем средняя процентная ставка по госдолгу. Если нужно выплачивать ставку, а ВВП падает, экономика испытывает серьезный стресс, — объяснил аналитик.
Теоретически государство берет в долг, чтобы улучшить жизнь своих граждан. Однако, по мнению Вадима Иосуба, резкое увеличение госдолга страны произошло во второй половине нулевых годов, когда активно шла модернизация производств. Брались кредиты, как самим государством, так и предприятиями и банками под гарантии государства. Средства вкладывались в модернизацию предприятий деревообработки, стекольной промышленности, производства бумаги и картона, производства цемента.
— Практически ни одна из этих отраслей в результате модернизации не вышла на окупаемость, которая позволила бы гасить набранные кредиты. Деньги взяты в долг и потрачены, а экономического эффекта для Беларуси нет, деньги нужно возвращать.
Из этой истории нужно сделать вывод, чтобы не повторять ошибок в будущем, считает Вадим Иосуб.
— Государство не лучше и не хуже других инвесторов. Просто развитие производства, модернизация производства, строительство новых производств — это всегда предпринимательский риск. Во всем мире этим занимаются частные инвесторы. Иногда проект выстреливает и приносит деньги, в других случаях проект приносит убытки. Но когда частный инвестор несет убытки — это его потери. А когда государство пытается подменить собой частного инвестора, то такие предпринимательские неудачи становятся убытками всех налогоплательщиков.
Белорусы госдолг ощущают на себе, но часто об этом даже не догадываются. Дело в том, что возврат процентов по госдолгу закладывается в расходную часть бюджета. На текущий год расходы по обслуживанию госдолга (только возврат процентов) составляет около 3,5 млрд рублей.
—Это чуть больше 10% всех расходов госбюджета. Это больше, чем расходы на медицину и образование. Если бы в Беларуси не было такого долгового бремени или оно было бы чуть пониже, то только в текущем году 3,5 млрд рублей можно было пустить на рост пенсий, зарплат бюджетников, покупку нового оборудования для здравоохранения и другие цели, — резюмировал Вадим Иосуб.