Вопрос о целесообразности объединения двух министерств обсуждается в Беларуси уже лет десять. Но реальной вероятность такого объединения стала после того, как об этом заявил глава государства.
В Минжилкомхозе эту идею не поддерживают и не поддерживали никогда. Вице-премьер Анатолий Калинин, курирующий жилищно-коммунальное хозяйство и стройкомплекс, сказал на заседании коллегии Минжилкомхоза, что тоже выступает за сохранение этого министерства, но при условии расширения полномочий до уровня главного политического ведомства в жилищно-коммунальном секторе.
В Национальном банке, как заявил недавно зампредседателя правления банка Сергей Дубков, решили, что Минстройархитектуры должно заниматься строительством, а вопросы финансирования - это прерогатива экономических и финансовых ведомств. В Минстройархитектуры против такого подхода не возражают, но считают объединение строительной и жилищно-коммунальной отраслей необходимым. Данную позицию обосновал на пресс-конференции министр архитектуры и строительства Анатолий НИЧКАСОВ.
- Еще в 2011 году наше министерство вносило на рассмотрение правительства и Администрации президента предложение об объединении двух министерств - архитектуры и строительства и жилищно-коммунального хозяйства, - отметил он. - И не только потому, что Российская Федерация имеет похожую структуру - Минрегионразвития. Там структура другая, там масштаб другой совершенно. Но это министерство осуществляет политику в области жилищно-коммунального хозяйства и выполняет функции бывшего Госстроя в части нормотворчества. В Украине - аналогичное министерство, которое объединяет отрасли жилищно-коммунального хозяйства и строительства. Республика Казахстан буквально недавно приняла решение и создала Минрегионразвития, аналогичное российскому.
Что же могло быть основой в Беларуси для того, чтобы Минжилкомхоз и Минстройархитектуры суммировали свои функции?
Любое здание, сооружение имеет свой жизненный цикл, состоящий из этапов: замысел, проектирование, строительство, эксплуатация, утилизация. Что регулирует и за что отвечает Минстройархитектуры? Это проектирование и строительство. А дальше кто? Никто. Хозяина нет. А ведь строим не только жилье. Инженерные магистральные сети и коммуникации, промышленные объекты, уникальные здания, например, спортивные объекты и т. д. Кто хозяин на этих объектах, кто следит за их эксплуатацией? Никто.
Если речь идет о производстве, то в лучшем случае есть заместитель главного инженера, который отвечает за вопросы эксплуатации. Сегодня зачастую невозможно найти даже документацию, из чего же здание построено, какой план у этого здания. Такое понятие, как смотритель здания, давно кануло в Лету.
Нам повезло, что Беларусь - молодая страна и все, что построено и чем мы гордимся, построено относительно исторически недавно. Максимум 50-60 лет капитальным зданиям.
Япония в свое время сделала революцию в автомобилестроении, когда привела ресурс двигателя автомобиля и кузова к одному знаменателю - 7 лет.
Что делаем мы? Мы проектируем здание, например, свинарник в железобетонных конструкциях, долговечность которых, если не учитывать особенности технологии производства внутри здания свинарника, составляет 100 лет. Но железобетонное здание в условиях агрессивной среды не может прожить больше 25 лет. Среда разъедает структуру бетона, арматуры и т. д. Спрашивается, для чего мы делаем такое капитальное здание из таких долговечных конструкций?
Класс капитальности здания в РБ - тема, не рассматриваемая раньше. И у каждого класса капитальности существует свой срок эксплуатации.
Опять же, купив японский автомобиль, вы получаете инструкцию, в которой написано, что, например, через 2 тыс. км вы должен пройти ТО, а через 100 км наполнить бак бензином или масло заправить и т. д.
Наши строители, инженеры и проектировщики создают сегодня уникальные здания. Амфитеатр в Витебске, Национальная библиотека, "Минск-Арена" и другие. Эти и не только эти, а все здания нужно эксплуатировать. Для этого должны быть разработаны специальная система, технические нормативы по эксплуатации.
Возьмем для примера жилой фонд 70-х, 80-х, 90-х и 2000-х годов. Это дома разных поколений, со своими особенностями. Но как раз особенности домов этих поколений мы хорошо знаем благодаря неоднократным обследованиям и имеем целостное представление, как будут вести себя инженерные конструктивные системы этих зданий через определенный период времени. А что делать с другими объектами?
Более того, мы намерены осуществлять определенную техническую политику, политику энергосбережения.
До 2020 года весь жилой фонд в странах Евросоюза - это директива ЕС - должен быть с минимальным энергопотреблением. Германия уже в 2018 году не только вновь строящееся жилье, но и эксплуатируемый жилой фонд намерена привести к этому значению.
Мы тоже должны начать действовать. Но кто эту политику проводит в отношении эксплуатируемых зданий? Кто создает нормативную базу, кто занимается темой, как себя чувствуют инженерные коммуникации, построенные 50-60 лет назад? Я говорю о системах жизнеобеспечения городов и крупных объектов.
И если принять ту идеологию, тот подход, который я очень схематично озвучил, то тогда становится понятно, что должен быть единый орган государственного управления, который эту политику будет проводить, создавать нормативно-правовые условия, принимать технические и экспертированные решения, которые позволят продолжить жизнь тому же жилищному фонду на долгие годы, будь то модернизация, капитальный ремонт и т. д.
Сегодня эта политика проводится уважаемым мной министерством. Как проводится?
Совсем недавно мы проверили 5 жилых домов после реконструкции, капремонта и тепловой модернизации, как выполнены теплотехнические нормы. Учитывая, что соответствующие работы выполнялись по проектам 2010 года, они должны иметь расходы на отопление 84 кВт.ч на 1 кв. м. Мы проверили, как эти жилые дома выдержали тепловую модернизацию. Выдержали: у одного - 104 кВт.ч, у другого - 102, у третьего - 108. Но 2 объекта на самом деле попали в нужное значение. Вот и вся политика - осваивать деньги на реконструкцию жилого фонда или на капитальный ремонт вместо того, чтобы хорошенько подумать, как это делали в Восточной Германии или в Москве (например, с Черемушками). То есть подумать и провести правильную политику. У нас этим никто не занимается. Когда же Министерство архитектуры и строительства начинает этим заниматься, то получается, что мы превышаем свои полномочия.
Еще одна тема. Нам говорят: давно пора срезать эти мусоропроводы, у нас же есть контейнеры, нам нужно осуществлять раздельный сбор мусора в этих контейнерах, давайте их заварим. Ну давайте, - отвечаю. И наши бабушки и дедушки будут на лифте с ведерком каждый день тратить электроэнергию, чтобы обеспечивать раздельный сбор мусора. Систему современную предложите, - говорю Министерству жилищно-коммунального хозяйства. Мы с удовольствием привяжем ее к нашим проектам.
А ведь такие системы существуют. Более того, эти системы позволяют не только экономить электроэнергию, но и производить, например, биогаз на квартал, на жилой район, и не нужно будет свалки устраивать.
Все это политика, которую нужно проводить. Может ли коллектив 60 человек такой объем осуществлять? Я считаю - нет. И я считаю, все, что на поверхности нашей родной земли строится, должно в комплексе и рассматриваться - как единый жизненный цикл со всей технической политикой, проектированием, инжинирингом, строительством, эксплуатацией и утилизацией. Тогда мы совершенно по-другому начнем проектировать, думать о здании.
Проектируем, например, торговый павильон. Наверное, на 10-15 лет, не больше. И он тогда уже появляется не в капитальных конструкциях, а в легких, быстро возводимых конструкциях, с соответствующими инженерными решениями - локальными. Не надо тянуть километры теплотрасс, а надо позаботиться о том, чтобы локальная, более мобильная инженерная система обеспечивала жизнедеятельность того или иного здания.
К тому же объединение Минжилкомхоза и Минстройархитектуры позволило бы оптимально сформировать внутреннюю структуру нового министерства, сократить его численность.
