Национальные криптовалюты: зачем и для кого?

Центральный банк России планирует внедрить национальный крипторубль. Цифровые деньги будут выпускаться и храниться на электронных кошельках в ЦБ. Тестирование проекта намечено на 2022 год, а полный запуск может состояться в 2023-­м.

Какую пользу получит государство, перейдут ли россияне на новые деньги, как это отразится на нашей стране? Газета «Белорусы и рынок» узнала мнения экспертов.

Криптовалюта, централизованно эмитируемая центробанком (или CBDC), отличается от децентра­лизованных криптовалют, таких как биткойн и эфириум. Новые валюты обещают меньшую волатильность и дискусионно, но, возможно, и большую безопасность. Кроме того, они будут пользоваться поддержкой денежных институтов, ответственных за обеспечение финансовой стабильности. Не только Россия, но и Европейский центральный банк, Китай и другие страны активно исследуют способы использования блокчейн-­технологии для создания контролируемых государством цифровых валют.

Зачем это государству?

Российские чиновники ранее скептически высказывались относительно возможности внедрения CBDC. «Новая волна интереса к идее началась после ряда экспериментов Китая с цифровым юанем. Оставаться в стороне, когда две крупнейшие экономики мира, США и Китай, начинают конкурировать в данном направлении, становится невозможно, — говорит старший преподаватель и координатор программы обучения «Криптовалюты и деривативы» в БНТУ Ольга ПОЛЕЩУК. — Поэтому в СМИ появляются положительные оценки внедрения крипторубля, публикуются результаты соцопросов о высокой готовности россиян пользоваться цифровой валютой». 

Плюсами CBDC Ольга Полещук называет возможное снижение издержек на проведение расчетов, повышение финансовой доступности для граждан, новые возможности для активного развития финансовых услуг и инструментов. С точки зрения государства цифровой рубль упростит обслуживание товарооборота, обеспечит дополнительный контроль за платежами, предоставит прозрачные данные платежных потоков. Проще говоря, регуляторам будет легче контролировать денежно-кредитную сферу.

«CBDC — это ответ центральных банков на вызовы со стороны децентрализованных криптовалют. Биткойн, эфириум и другие криптомонеты выводят денежное обращение из подчиненности центральному и коммерческим банкам. Наряду с серьезными плюсами для общества это таит в себе и серьезные риски финансовой стабильности. Одна из задач CBDC с позиции государств — сохранить этот контроль», — объясняет старший научный сотрудник Центра экономических исследований BEROC Дмитрий КРУК.

По его словам, революционность CBDC в том, что они предоставляют возможность прямого контакта пользователя валюты с центральным банком. Коммерческие банки как посредники, как минимум, частично выпадают из финансовых процессов. Триада «деньги — финансовые посредники — финансовая стабильность» может серьезно видоизмениться. Отсюда возникает преимущество или недостаток CBDC, смотря с какой стороны посмотреть, — возможность центральных банков отслеживать все расчеты и собирать большие данные (Big Data). — На основе этих данных правительство сможет изучать поведение потребителей и влиять на него через соответствующие политики, — говорит Дмитрий Крук. — Есть надежда и на то, что новая система поможет снизить чувствительность денежного обращения к банковским кризисам, а значит, ослабить их влияние на выпуск и доходы, как это было, например, в 2008 году. Последнее соображение может быть особенно актуально для малых стран, поскольку их ценовая и финансовая стабильность чувствительна к межстрановому движению капитала.

Коммерческие банки пока остаются в деле, если судить по концепции ЦБ России о внедрении цифрового рубля. Центробанк будет поставлять цифровой рубль финансовым посредникам, а те уже распределят CBDC среди пользователей. Но это тестовая модель. Какой будет финальная система, никто не знает.

«С СВDC государство может стать менее зависимым от международной системы совершения платежей SWIFT, — говорит менеджер по работе с частным капиталом криптобиржи Сurrency.com Валерий УСЕНКО. — Российский рубль, который появляется в кошельке телефона в Германии и подкреплен обещанием российского правительства, может использоваться для покупки товаров, услуг или активов на международном уровне. Россия может пойти и по пути цифрового юаня: у китайского национального крипторубля есть срок хранения, и если пользователь, например, через год не потратил цифровые деньги, то они сгорают. Такой подход был придуман для того, чтобы мотивировать большее потребление товаров и услуг и мешать накоплению, что в принципе устраивает государство».

Очевидный минус CBDC для людей — потеря финансовых свобод. Цифровая валюта центробанков, в отличие от традиционных криптовалют, подразумевает полную деанонимизацию сделок и платежей, то есть тотальный контроль государства над расчетами граждан. «Когда лягушку бросают в кастрюлю с холодной водой, она плавает и веселится. Но вода постепенно нагревается, и лягушка потихонечку сваривается. Ситуация с традиционными цифровыми деньгами и CBDC такая же. Нас уже закинули в холодную воду, мы довольны, что платежи проводятся быстро и удобно, но, по сути, мы лишаемся финансовой свободы, которую дают наличные деньги и децентрализованные криптовалюты», — поясняет Валерий Усенко.

Захотят ли люди переходить на CBDC?

В плане комфорта национальная криптовалюта фактически воссоздает уже существующие платежные системы Visa и MasterCard». Для потребителя разница будет незаметна. «Мне и сейчас удобно пользоваться банковскими картами и сервисами, рассчитываться на кассах телефоном, делать покупки онлайн c PayPal. Для людей, которые еще не перешли на банковские карты, криптовалюты вообще будут непонятным космосом. Отъедьте на 200 км от Москвы, и вы увидите, что люди до сих пор пользуются исключительно наличкой. Какой им там крипторубль! Поэтому интеграция новой системы не будет столь быстрой, как этого, возможно, хочет российское правительство», — считает Валерий Усенко.

Ольга Полещук замечает, что технология, на основе которой планируют выпускать национальные криптовалюты, не является тем открытым блокчейном, с которым мир познакомился в 2009 году: «Со дня генерации генезис-блока Сатоши Накамото биткойн столкнулся всего лишь с двумя моментами, повлиявшими на стабильность его работы: в августе 2010 года и в марте
2013-го. Можно сказать, что с самого основания сеть практически все время функционирует бесперебойно. Насколько стабильными и надежными будут технологии, которые планируется использовать при создании национальных цифровых валют или того же крипторубля, покажет только время.

С другой стороны, борясь за клиентов, новая платежная система, вероятно, будет вынуждена уменьшать стоимость транзакций, предлагать более удобный сервис и дополнительные бонусы и таким образом быстро завоюет популярность. Российские чиновники говорят, что переводы в цифровых рублях будут проходить мгновенно и без комиссии.

Однако барин дал — барин забрал. Ничто не помешает государству ввести комиссию в будущем, когда соберется критическая масса пользователей. К тому же выгоду комфорта уже предоставляют децентрализованные криптовалюты, и доверие к ним, судя по количеству пользователей, растет. По мере роста доверия к традиционным криптовалютам риск того, что они будут вытеснены национальными цифровыми средствами платежей, уменьшается.

«Сторонники национальных цифровых валют приводят довод, что традиционные криптовалюты ничем не обеспечены, — говорит Ольга Полещук. — Однако деньги могут существовать в первую очередь на основе доверия. Есть множество примеров, когда при сильных экономических потрясениях или неуверенности населения в стабильности финансовой системы национальные валюты превращались в бесполезную бумагу. Востребованность денег, желание использовать их как средство платежа или сбережения возникает у людей только при наличии уверенности в их ценности и доверия к ним. А доверие не возникает на основе обещаний политиков или принятых законов. Оно рождается при динамично развивающейся экономике и адекватной для бизнеса и общества государственной политике».

К тому же не факт, что россияне захотят пользоваться своим национальным крипторублем. Как было сказано выше, Европейский центральный банк, а также центробанки Китая и США изучают возможность введения своих цифровых валют. 

Действительно ли люди боятся тотального контроля со стороны государства? Пожалуй, нет, считают эксперты.

«Такая возможность у государства есть и сейчас, поэтому обычный человек, скорее всего, воспримет CBDC как еще одну форму электронных безналичных платежей, которая к тому же при определенной технической реализации будет работать и без доступа к интернету», — считает Ольга Полещук.

«Нас уже давно не пугает, что банки и мобильные финансовые приложения видят все наши платежи. По мере популяризации новой системы и инвестиций в ее продвижение страх перед CBDC будет исчезать», — говорит Валерий Усенко.

Как российская национальная криптовалюта и другие CBDC могут повлиять на финансовый сектор Беларуси?

Эксперты согласились, что влияние будет существенным, но каким именно, спрогнозировать невозможно.

«Центробанки Китая, России и другие ринулись в изучение CBDC. Есть основания полагать, что CBDC серьезно изменят все глобальное финансовое поле. Но уверенности в этом нет. То, что сейчас делают центробанки, официально называется экспериментом, и какими будут последствия, пока никто до конца не представляет. Такие ситуации уже были в истории. В XVIII веке никто до конца не понимал последствия появления кредитных денег. В 70-х годах прошлого века никто не представлял, как будет функционировать глобальная финансовая система после окончательного отказа США от обеспеченности доллара золотом. Примерно такая же ситуация и сейчас, когда все пытаются понять очертания будущей финансовой системы», — объяснил Дмитрий Крук.

Читайте нас в: