Газовый гигант «Газпром» проиграл майонезу

Вирусный график, на котором майонез побеждает «Газпром», разошёлся в соцсетях и вызывает улыбки и недоумение – что про происходит? За пять лет килограмм майонеза подорожал, а акция газового монстра подешевела почти вдвое.

Звучит как анекдот: бывшее «национальное достояние» проиграло банке майонеза. Но смешно тут ровно до того момента, пока не понимаешь: это не про майонез. 

Майонез не стал новым золотом и не победил «Газпром» как инвестиционный инструмент. Но он оказался честным свидетелем инфляции в России потерянные рынки – грубым, смешным, но очень точным.

Акции "Газпрома" рухнули

Вирусный график сравнивает стоимость 1 кг майонеза в России и цену акции «Газпрома» на Мосбирже с 2021 по 2026 год. На картинке указано: майонез – 348,64 российского рубля, акция «Газпрома» – 119,52 российского рубля.

Авторская версия графика в соцсетях формулирует вывод еще жестче: майонез якобы дал около +49%, а акции «Газпрома» – минус 48%. Официальная инфляция за период с апреля 2021-го по май 2026-го составила около 52%. То есть, цены на майонез росли, а акция газового гиганта катилась вниз.

Мем в целом попал в нерв, но цифры от официальной статистики отличаются. Возможно, автор использовал другой месяц, региональный ряд, округление или собственную выгрузку. А возможно, просто грубо округлил число, потому что в соцсетях график должен не объяснять, а бить по лбу.

Но здесь важная редакционная оговорка. Росстат действительно публикует средние потребительские цены на товары и услуги, а в системе ЕМИСС есть соответствующий показатель по средним потребительским ценам. 

Однако точная цифра 348,64 российского рубля по майонезу не бьется с одним из доступных зеркал росстатовской статистики: по данным Cbonds со ссылкой на Росстат, средняя цена майонеза в России на 30 апреля 2026 года составляла 324,54 российского рубля за кг.

С акциями всё проще и печальнее

Акции «Газпрома» торгуются на Московской бирже под тикером GAZP. Это обыкновенные акции, валюта торгов – российский рубль, лот – 10 акций. Текущая биржевая картина подтверждает общий смысл графика. В середине июня 2026 года котировки «Газпрома» находились примерно в районе 114 российских рублей за акцию: такие данные показывали, например, Finam и «Коммерсантъ» по торгам 15–16 июня.

Для сравнения: в октябре 2021 года бумаги «Газпрома» поднимались почти к 400 российским рублям за акцию. TradingView указывает исторический максимум около 397,64 российского рубля в октябре 2021 года.

Вот тут майонез и выходит на сцену не как продукт питания, а как финансовый обозреватель из холодильника. Пока банки с соусом дорожали вместе с продуктовой инфляцией, акция компании, которая десятилетиями продавалась публике как символ «энергетической сверхдержавы», потеряла значительную часть стоимости.

Почему это не инвестиционная битва

Сравнивать майонез и акции напрямую – методологически криво. Банка майонеза не платит дивиденды. Ее нельзя продать на бирже в один клик. Она портится. И если кто-то реально закупил в 2021 году майонез как инвестиционный актив, то сейчас у него не портфель, а санитарная проблема.

С акциями тоже не всё так просто. Для честного сравнения нужно учитывать дивиденды, налоги, комиссии, инфляцию, дату входа и дату выхода. «Газпром» выплачивал крупные промежуточные дивиденды за первое полугодие 2022 года – 51,03 российского рубля на акцию. 

Но затем дивидендная история стала совсем другой: по итогам 2025 года совет директоров рекомендовал дивиденды не выплачивать, а последний крупный платеж относится именно к 2022 году.

Даже с учетом того дивиденда картина остается неприятной для тех, кто покупал «Газпром» на вере в «вечную трубу». Акция упала не на шуме одного дня, а на изменении всей бизнес-модели.

Что сломалось у «Газпрома»

Главная проблема «Газпрома» – не майонез. Главная проблема – Европа. Российский трубопроводный газ годами был машиной по производству валютной выручки. После 2022 года эта модель начала рассыпаться. 

Reuters в 2026 году писал, что поставки российского трубопроводного газа в Европу в 2025 году упали примерно на 44% и стали минимальными с середины 1970-х годов. После прекращения украинского транзита фактически единственным маршрутом для российского трубопроводного газа в Европу остался «Турецкий поток».

Евросоюз тем временем не просто «обиделся и передумает». В 2026 году ЕС принял регулирование о постепенном запрете импорта российского трубопроводного газа и СПГ. Европейская комиссия также продвигает дорожную карту отказа от российских энергоносителей к концу 2027 года.

То есть рынок, на котором «Газпром» зарабатывал большие деньги, не стоит у двери и не просит вернуться. Он строит забор.

Прибыль есть, прежней сказки нет

На бумаге «Газпром» не выглядит мертвым. По МСФО за 2025 год компания получила чистую прибыль около 1,3 трлн российских рублей. Но выручка, по данным Reuters и «Коммерсанта», снизилась примерно на 8,8%, EBITDA – на 6%, а часть результата была связана с валютными эффектами, а не с чудесным возвращением старой экспортной машины.

Вот поэтому рынок и голосует не лозунгами, а ценой акции. Инвесторы смотрят не только на фразу «компания получила прибыль», а на вопрос: где будущий денежный поток, будут ли дивиденды, какова долговая нагрузка, сколько придется вкладывать в новые маршруты и кто вообще будет покупать газ на условиях, похожих на старые европейские контракты.

А тут уже майонез выглядит честнее. Он хотя бы не обещает геополитического величия. Он просто дорожает.

Беларуси стоит насторожиться

Для Беларуси эта история не про то, что россияне теперь должны вкладываться в салаты. Это про зависимость от соседней экономической реальности.

Во-первых, российская инфляция и российские продуктовые цены – не абстракция. Беларусь остается связанной с российским рынком продовольствия, сырья, логистики и торговых сетей. 

По данным российского «Агроэкспорта», в январе–апреле 2026 года Беларусь вошла в число крупнейших покупателей российских майонезов и соусов – импорт составил более 7 млн долларов.

Во-вторых, полезно смотреть на «Газпром» как на пример того, что государственный гигант – не синоним надежности. Особенно когда бизнес зависит от политики, санкций, транзита, войны, решений чиновников и рынков, которые могут закрыться быстрее, чем корпоративная презентация успеет обновить слайд.

В-третьих, это урок для всех, кто верит в «тихую гавань» в авторитарных экономиках. Там, где политика переписывает правила, актив может быть большим, государственным, стратегическим, знаменитым – и всё равно проиграть продуктовой корзине.