Кто станет за станок в XXI веке

Система высшего образования не дает должной практической подготовки. Деревообрабатывающим предприятиям приходится фактически заново обучать принятых на работу молодых специалистов, отметил в интервью «БР» директор УПП «ЯВИД» Дмитрий ЯВИД.

— Дмитрий Александрович, представители системы высшего образования жалуются на падение интереса молодежи к специальностям в секторе деревообработки. Мол, сейчас на такие специальности поступают нелучшие абитуриенты, оттого и качество специалистов на выходе хромает. Неужели спрос на кадры со стороны фабрик недостаточен или зарплаты не те?

— На мой взгляд, со спросом со стороны мебельных фабрик все в порядке. И зарплаты на них более-менее. Например, при трудоустройстве молодой инженер на старте может рассчитывать на зарплату в 500 руб. Специалисты с десятилетним стажем, обладающие должным уровнем подготовки и опытом, особенно с управленческими навыками, получают свыше тысячи долларов в эквиваленте.

Компании даже вынуждены переманивать некоторых специалистов, в том числе приглашать из других регионов, поскольку на рынке наблюдается дефицит кадров. Да, реальный сектор пока не может предложить зарплату на уровне IT-сектора, но я полагаю, что рано или поздно произойдет насыщение рынка IT-услуг и зарплаты в различных отраслях придут в большее равновесие. Кроме того, IT-сектор отличается специфическими требованиями к работникам, поэтому массовый переток кадров в него невозможен.

Думаю, проблема деревообработки кроется в недостаточной информированности абитуриентов, и в этом отношении недорабатывает университет. Кто-нибудь из преподавателей или работников ректората собирал информацию о том, как складывается трудовой путь выпускников, какова динамика их зарплат и на какой уровень доходов они вышли по прошествии, скажем, пяти-семи лет? Мне о таких исследованиях ничего не известно. Полагаю, если бы они были проведены, а информация доведена до абитуриентов, то интерес молодежи к деревообработке существенно повысился бы.

Я не сказал бы, что окончившие вуз молодые специалисты сейчас менее способны, чем те, которых выпустили несколько лет назад. К нам приходят перспективные ребята, вот только подготовка у них хромает, особенно ее практическая часть.

Вес высшего образования девальвирует и тот факт, что студентам, особенно на платном отделении, выдают диплом почти при любых учебных показателях. На мой взгляд, это неправильно. Получение диплома уже не рассматривается как достижение, как отметка того, что выпускник — высококвалифицированный специалист. Диплом все чаще становится документом, полученным на платной основе. Подчеркну: не заслуженным, а полученным.

— Неужели у нынешних выпускников настолько слабы практические навыки? Вроде бы белорусские вузы, в том числе БГТУ, укрепили материальную базу, обзавелись новым оборудованием…

— Если теоретические знания выпускников более-менее приемлемы, то практические навыки оставляют желать лучшего. Молодые специалисты знают о деревообрабатывающих станках в лучшем случае в теории. В худшем — эти теоретические знания касаются оборудования, которое уже устарело и не используется в производстве.

Предприятия массово пере­шли на использование станков с числовым программным управлением (ЧПУ). Только на нашей фабрике их десять единиц. Всего же в отрасли, по моим оценкам, более тысячи. Соответственно, остро нужны инженеры, умеющие работать со станками ЧПУ. Увы, молодые специалисты такими навыками не обладают.

Важный момент — компьютеризация производства. Если тридцать лет назад чертили на ватмане, пятнадцать лет назад начали чертить на компьютере, то сейчас мы стоим на пороге того, чтобы в принципе перестать чертить и начать моделировать.

Например, компания «ЯВИД» внедряет программный комплекс, работа на котором упрощенно выглядит так: детали из базы данных размещаются друг относительно друга, задаются правила обработки, сверлений при взаимном расположении, и компьютер автоматически создает чертежи и программу для станка с ЧПУ. При этом изделие можно легко изменить с автоматической корректировкой всех деталей. Очевидно, что будущее за таким программным комплексом, однако для работы с ним требуются навыки как конструктора, так и программиста.

Еще десять лет назад университет делал попытки освоить новую систему, вот только далеко продвинуться в этом вопросе, к сожалению, не смог. При этом, по моей информации, у вуза есть и современное оборудование, и доступ к учебному варианту таких программных комплексов.

Я вынужден задаться вопросом: почему студенты не проходят должное обучение на таком оборудовании и не получают практических навыков? Создается впечатление, что в университете руководствуются принципом «главное, чтобы дров не наломали». Также создается впечатление, что наши вузы работают вне рынка и для них куда важнее сохранить благосклонность Минобразования, чем удовлетворенность предприятий специалистами. Отсюда и недостаточная борьба за абитуриента, и отсутствие должной обратной связи с реальным сектором, и слабая подготовка выпускников.

— Дмитрий Александрович, каким же образом решаете вопрос подготовки кадров?

— В ходу известный принцип наставничества. Молодого специалиста закрепляют за более опытным сотрудником предприятия, который и передает необходимые знания и навыки. Кроме того, наши работники часто проходят обучение по программам, которые предлагают поставщики оборудования и материалов. Зачастую такая подготовка требует инвестиций в несколько тысяч долларов на человека, но мы идем на эти расходы, чтобы успевать за технологическими инновациями и обеспечивать конкурентоспособность своей продукции.

— Дать знания, основанные на практике, призван дуальный метод. В соответствии с ним на протяжении значительного, а иногда и основного периода обучения студент приобретает знания, умения и навыки непосредственно на предприятии. В последние годы делались попытки привить такой метод и в белорусской системе образования. Насколько они перспективны, на ваш взгляд?

— В своей основе подход правильный. Однако его формальное выполнение еще не гарантирует результата, и я искренне опасаюсь, что может сработать принцип «хотели как лучше, а получилось как всегда». Ведь можно поставить студента у дробильного станка, который практически не требует квалификации, и дать задание вручную забрасывать в него древесину. Формально студент будет обучаться по дуальному подходу, и, скорее всего, ему даже присвоят квалификацию станочника второго или третьего разряда, вот только должных знаний в работе с высокотехнологичным оборудованием он не получит.

Чтобы метод сработал, в нем должны быть заинтересованы и вузы, и предприятия, и молодые специалисты. Необходимо разработать систему, которая удовлетворит все стороны. Специалист должен быть заинтересован в получении знаний и в работе по специальности, университет — в подготовке высококвалифицированного специалиста, востребованного на рынке, предприятие — в том, чтобы этот специалист проработал долго и принес ощутимый результат. Государство же заинтересовано в том, чтобы компании были конкурентоспособны на международном рынке и могли выплачивать сотрудникам достойную зарплату. Так я обозначил бы цель дуального метода обучения, а дальше надо обсуждать то, как сделать эту цель ключевой для всех сторон.

Если специалист не заинтересован в получении знаний и не показывает должный уровень, значит он должен быть отчислен. Лучше, если до конца обучения дойдут 40 % студентов, чем дойдут все, но при этом 60 % предприятий разочаруются в системе высшего образования. Естественно, все должно быть продумано и внедрено системно. Если же действовать бессистемно, то, боюсь, выйдет так, как в классической басне про лебедя, рака и щуку.